Об этом в интервью nCa в ходе Специализированной экономической выставки Исламской Республики Иран, проходящей в г. Ашхабад, сообщил управляющий директор и председатель правления Иранской компании по газовому инжинирингу и развитию (IGEDC) Р. Новшади.
- мы официально предложили Газпрому и Туркменгазу,
- Иран готов получать газ из Туркменистана и России на севере и поставлять его на юге в любую страну, по их желанию,
- Иран обладает самой большой газопроводной сетью в мире,
- мы готовы поставлять газ в Пакистан,
- до границы с Пакистаном уже строится трубопровод мощностью 100 млн м3/сутки газа (около 36,5 млрд м3/год).
15 февраля 2023 г. в г. Ашхабад прибыла делегация Газпрома во главе с председателем правления А. Миллером.
В ходе визита А. Миллер встречался с президентом Туркменистана С. Бердымухамедовым и председателем Народного совета Туркменистана, бывшим президентом страны, Г. Бердымухамедовым.
Суть переговоров Газпром не раскрыл, ограничившись сообщением о том, что на встречах были рассмотрены ход и перспективы взаимодействия в газовой сфере.
Учитывая, что у Туркменистана и России в газовой сфере широкий спектр общих интересов - от поставок туркменского газа для портфеля Газпрома и расширения газовых свопов до недавно анонсированного проекта строительства первого подземного хранилища газа (ПХГ) в Туркменистане - конкретную тематику переговоров предположить было сложно.
Со стороны Туркменистана подробностей также немного.
16 феврале в сообщении правительственной газете «Нейтральный Туркменистан» последовало лишь сообщение о том, что Газпром подтвердил заинтересованность во взаимовыгодном сотрудничестве с Туркменистаном.
В числе потенциальных направлений сотрудничества, наряду с многими другими, была названа диверсификация экспорта энергоносителей из Туркменистана.
В итоге, исходя из заявления главы IGEDC, дочки Национальной иранской газовой компании NIGC, речь шла о расширении газовых свопов с участием Ирана.
Иран и его газовые свопы
Иран активно выстраивает систему газовых свопов в Центральной Азии и на Ближнем Востоке.В северной части Ирана расположена его столица и деловой центр г. Тегеран, но это гористый регион с суровым климатом, особенно в зимний период.
При этом основные месторождения углеводородов находятся на юге Ирана, тогда как север страны энергодефицитен.
В связи с этим развитие свопа с северными соседями для Ирана очень интересно.
Туркменистан уже реализует своп с Азербайджаном через Иран.
В ноябре 2021 г. Иран, Туркменистан и Азербайджан подписали соглашение об обмене природным газом, в соответствии с которым Иран поставляет в Азербайджан от 1,5 до 2 млрд м3/год туркменского газа.
С 3 января 2022 г. в рамках сделки начались поставки 5-6 млн м3/сутки газа, в июле 2022 г. Иран и Азербайджан договорились в 2 раза увеличить объем газового обмена между Туркменистаном и Азербайджаном, до 3-4 млрд м3/год.
Газовый своп Иран активно предлагает и России в качестве возможности для поставок газа в различных направлениях - страны Центральной Азии (Азербайджан, Армению, Турцию, Ирак), в южном направлении в страны Персидского залива или на восток, например, в Пакистан.
Помимо свопа в качестве форм сотрудничества Иран предлагал торговлю или транзит газа.
Замминистра нефти Ирана А. Асадзаде в октябре 2022 г. называл потенциальный объем свопа через северные границы страны на уровне 50 млн м3/сутки (18,25 млрд м3/год).
В ноябре 2022 г. по итогам заседания российско-иранской межправкомиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, вице-премьер РФ А. Новака сообщал, что Россия и Иран продолжают прорабатывать вопрос своповых поставок газа.
Ожидалось, что договоренность по своповым поставкам газа может быть достигнута до конца 2022 г., на первом этапе речь может идти о поставках 10 млрд м3/год газа.
Дополнительный стимул российско-иранский газовый своп получит после перевода в режим реверса 1 из ниток системы магистральных газопроводов (МГП) Средняя Азия - Центр (САЦ) для поставок российского газа в Узбекистан, которые могут начаться уже 1 марта 2023 г. в рамках 3-стороннего газового сотрудничества России, Казахстана и Узбекистана.
Напомним, что изначально МГП САЦ строился для поставок газа из Узбекистана и Туркменистана транзитом через Казахстан в центральные районы России (в Саратовскую область, а затем в Москву и Московскую область).
В Индию через Пакистан
Ранее озвучивались предположения, что мощности иранской газотранспортной системы (ГТС) не хватит для обеспечения своповых поставок и российского и туркменского газа.В итоге это могло привести к нездоровой конкуренции между странами.
Однако названный Р. Новшади объем мощностей - 36,5 млрд м3/год - многократно превышает текущие и анонсированные объемы свопов.
Этот объем будет достаточен для интересующих Россию и Туркменистан поставок газа в Пакистан с прицелом на выход в Индию.
Россия и Пакистан в течение многих лет пытаются начать практическую реализацию проекта МГП Пакистанский поток (ранее Север - Юг).
Проект предусматривает строительство газопровода протяженностью мощностью 12,4 млрд м3/год, который обеспечит поставки газа с юга Пакистана, где расположены терминалы для приема сжиженного природного газа (СПГ), на север страны к крупным промышленным потребителям.
Сейчас проект вновь встал на паузу - в январе 2023 г. по итогам заседания межправкомиссии Россия и Пакистан пришли к выводу, что проект следует рассматривать с точки зрения комплексной инфраструктуры, которая экономически выгодна для устойчивого развития газовой инфраструктуры, обеспечивающей доступные поставки газа.
У Пакистана сейчас есть проблемы с контрактацией СПГ (аналогичные проблемы есть и у Индии, но их масштаб не такой катастрофичный, как в Пакистане), поэтому было бы неплохо подключить будущий газопровод к более прогнозируемому источнику поставок.
Россия в качестве источников газа для МГП Пакистанский поток рассматривает 3 варианта:
- поставки газа через Центральную Азию, из России в Казахстан, Узбекистан, Афганистан в Пакистан,
- строительство газопровода по укороченному маршруту Иран - Пакистан, которому Россия готова оказать необходимую поддержку и участвовать в нем исходя из наличия своповых поставок между Россией и Ираном,
- МГП Туркменистан - Афганистан - Пакистан - Индия (ТАПИ), в котором Россия не участвует, но допускает такую возможность, если будут решены различные вопросы, в т.ч. безопасности.
Иран предлагает России и Туркменистану подумать именно о варианте газового свопа с ним для выхода в Пакистан и далее в Индию.
Но ситуация с газопроводом, соединяющим его ГТС с ГТС Пакистана далеко не так однозначна.
Проект МГП Мир пробуксовывает уже много лет из-за задержек со стороны Пакистана, в связи с чем Иран регулярно грозит Пакистану судом.
По последним договоренностям, Пакистан обязался завершить строительство своей части газопровода до 2024 г. и начать закупать у Ирана 21 млн м3/сутки газа (порядка 7,7 млрд м3/год газа), при том, что пропускная мощность газопровода планируется на уровне 21 млрд м3/год газа.
Более масштабный проект рассматривался при участии России - МГП Иран-Пакистан-Индия (ИПИ).
Планировалось, что пропускная мощность МГП ИПИ должна была составить 55 млрд м3/год, из который 21,5 млрд м 3/год в Пакистан, а 33,5 млрд м3/год - в Индию.
Газпром мог участвовать в проекте в качестве оператора проекта как на этапе строительства, так и на этапе эксплуатации.
Однако в 2021 г. Газпром сообщил, что больше не рассматривает строительство газопровода в Индию, посчитав, что это слишком капиталоемкий маршрут, а до Индии проще дотянуться «гибкой трубой», т.е. за счет СПГ.
Эта схема неплохо работала до 2022 г., пока Германия не взяла под свое управление бывшую дочку Газпрома Gazprom Germania, в т.ч. его СПГ-трейдера, из-за чего Газпром больше не имеет возможностей для поставок СПГ в Индию, а Индия недополучила несколько партий СПГ, перехваченных Германией.
Между тем, спрос на газ в Индии растет и к 2030 г. Индия станет 2м по величине потребителем газа в АТР после Китая, а ее внутренний спрос достигнет 272 млрд м3/год.
ТАПИ - всё?
Варианты поставок газа в Пакистан, завязанные на Афганистан, по всей видимости, сейчас становятся неактуальными.Предложение Ирана дает Туркменистану возможность обеспечить поставку газа в Пакистан, не дожидаясь изменения ситуации вокруг МГП ТАПИ, который остается в подвешенном состоянии.
Строительство МГП ТАПИ мощностью 33 млрд м3/год (по 14 млрд м3/год для Пакистана и Индии, еще 5 млрд м3/год Афганистану) началось в 2015 г., но проект встал из-за нестабильности ситуации в Афганистане.
В 2021 г. после прихода к власти в Афганистане режима талибов (Талибан - запрещенная в России террористическая организация), они неоднократно давали гарантии безопасности на этапе строительства и поставок газа по МГП ТАПИ.
Периодически начинались переговоры о возобновлении строительства, но на практике проект не возобновился.
14 февраля 2023 г. начальник Объединенного штаба ОДКБ А. Сидоров заявил, что Афганистан превращается в главный плацдарм терроризма в Центральной Азии.
По его словам, в Афганистане действуют 20 тыс. боевиков различных террористических организаций, среди которых самые многочисленные Вилаят Хорасан (филиал ИГ), Аль-Каида, Исламское движение Узбекистана (все они запрещены в России).
Ответственность за укрепление позиций мирового террористического интернационала в Афганистане А. Сидоров возложил на Талибан, проводящий политику по притеснению национальных и религиозных меньшинств и находящийся в состоянии обострения внутренних противоречий.
Посол России в Таджикистане С. Григорьев заявил, что практически все обещания, которые талибы давали, придя к власти в Афганистане, не выполнены.
Спецпредставитель президента РФ по Афганистану З. Кабулов заявил, что Россия не может скрыть разочарования тем, как талибы справляются с ситуацией.
Обострились отношения Пакистана и Афганистана.
В начале января 2023 г. Пакистан в ответ на участившиеся атаки из приграничных с Афганистаном районов провел масштабную спецоперацию по наступлению на позиции исламистов.
Заморожена работа посольства Пакистана в г. Кабул.
Также в начале февраля стало известно, что посольство Саудовской Аравии в Афганистане приостановило свою работу без пояснения причин.
Это может говорить о том, что мусульманский мир понемногу отходит от позиции нейтрального отношения к действующим в Афганистане властям, что может означать новый виток конфликта в стране.
