С наступлением двухлетнего "экватора" первого президентского срока Дмитрия Медведева и двухлетия политической модели "правящего тандема" открылся не только обратный отсчет времени до будущих президентских выборов. Весной 2010 года формируется окончательная повестка дня тех ключевых вызовов, отвечая на которые, политическому руководству страны нужно будет "перейти Рубикон" - определить стратегию своих действий в электоральном цикле 2011-2012 годов.
Вызовы "большого цикла"
Первый вызов - неопределенность сценария перехода к росту. Острая фаза кризиса миновала, однако стабилизация и некоторое улучшение макроэкономических показателей после его острой фазы происходят прежде всего за счет благоприятной сырьевой конъюнктуры. При этом экономика пока не демонстрирует качественных изменений, масштабного оживления внутреннего производства и перспектив восстановления докризисных темпов роста. Кризис в социальной сфере сохраняется. Угроза "выхода назад" из экономического кризиса по-прежнему актуальна.
Одновременно все чаще обсуждается даже не нынешнее положение российской экономики, а то, что ждет страну (а значит, и ее президента) уже в ближайшие годы после выборов-2012. Государство сталкивается с проблемой признания неспособности поддерживать объемы социальных обязательств в среднесрочной перспективе (проекты бюджетной реформы и сокращения расходов; новая реформа и "монетизация" работы учреждений бюджетной сферы - школ и больниц; проблемы пенсионной системы). При этом тенденции развития ситуации на мировых рынках нефти и газа (в частности, т.н. "сланцевый бум") могут носить неблагоприятный для России характер, существенно ограничивая в ближайшие 5-7 лет возможности аккумулирования для целей экономической модернизации доходов от экспорта.
Второй вызов - цена модернизации. Ощущается и будет, вероятно, накапливаться недостаток ресурсов для проведения модернизации, реализации крупных инфраструктурных и бизнес-проектов и одновременного поддержания уровня социальных обязательств. Это обострит пока что не ставшую системообразующей проблему - какую "справедливую" цену за достижение модернизационных целей готовы заплатить все социальные группы и слои общества, какие группы интересов должны понести издержки в большей степени, а какие - в меньшей.
К проблеме "справедливой цены" очевидным образом относятся самоограничение бюрократии, снижение "коррупционного налога", судьба госкорпораций, стимулирование бизнеса к финансированию модернизации и инновационной экономики, реализация крупных инфраструктурных и имиджевых проектов, повышение т.н. "социальных налогов" и иные возможные изменения в налоговой системе, повышение пенсионного возраста, трудовое законодательство, изменения в бюджетной системе (в частности, реформа социальных бюджетных учреждений), межбюджетные отношения между центром и регионами.
Вызов третий - нестабильность на Северном Кавказе. Обострение террористической активности на самом Кавказе и в Москве вновь подтвердило справедливость тезиса Послания президента 2009 года о том, что положение на Северном Кавказе остается главной нерешенной внутриполитической проблемой России. Необходимость принципиально изменить - в том числе с помощью инструментов СКФО - ситуацию в регионе будет оставаться одним из главных вызовов и общественных запросов к власти в ближайшие годы - по крайней мере, вплоть до проведения Олимпиады в Сочи в 2014 году.
В последние годы федеральный центр делал ставку на сильных местных политических лидеров (или старался создавать их) и подкреплял ее существенными финансовыми вливаниями в экономику региона для того, чтобы сгладить и минимизировать его особенности. Создание СКФО предполагает в будущем дальнейшее увеличение (правда, с учетом общих ресурсных ограничителей) инвестиций в регион, но под более плотным федеральным контролем. При этом, однако, для региональных элит Северного Кавказа именно сохранение "особости" является наиболее эффективной стратегией торга с Москвой.
Вызов четвертый - необходимость реформы МВД. Сегодня именно МВД является главным институтом "повседневного государства", с которым сталкиваются граждане. Массовое восприятие милиции как источника опасности, а не безопасности и правопорядка, является существенной проблемой доверия к власти. Рост террористической активности также еще острее обнажил общественный запрос на эффективность правоохранительной системы. Способность обеспечить эффективность реформы правоохранительной системы, нормализовать ситуацию в самом МВД и "общественную атмосферу" вокруг МВД будут одним из важных электоральных факторов 2011-2012 годов.
Вызов пятый - рост политической и электоральной активности. В последние месяцы существенно растет политизация и общественная активность различных групп населения, в особенности жителей крупных городов. Источниками роста активности являются не только социальные проблемы (например, проблема тарифов ЖКХ), но и "гражданские дискуссии" по вопросам обратной связи между властью и обществом. Собственно политические аспекты роста общественной активности - это обсуждение политической мобилизации значительного числа электорально пассивных граждан для участия в будущих выборах, гражданское наблюдение за голосованием на будущих выборах, попытки оценить потенциал для создания и регистрации новых политических партий.
Выборы 2012 года будет отличать важная психологическая особенность: нужно будет выбирать "долгое президентство" и самого президента уже не на 4, а на 6 лет, а то и на все 12. Ситуация более высокой значимости выбора способна стимулировать электоральную активность, в том числе традиционно абсентеистски настроенных групп населения.
Пытаясь ответить на главные текущие вызовы, президент и премьер резко усилили свою активность - прежде всего публичную.
Приоритеты президента
Дмитрий Медведев концентрируется на четырех направлениях: укреплении институтов, развитии диалога с лидерами общественного мнения и элитами, рационализации экономической политики и реорганизации губернаторского корпуса.
Работа по усилению роли политических и правовых институтов была сконцентрирована в последние годы на повышении значения судебной системы, усилении роли политических партий и выстраивании антикоррупционных процедур.
Результативность развития судебной системы признается даже противниками власти - включая таких последовательных, как Михаил Ходорковский (по его утверждению, руководство Высшего арбитражного суда в последнее время демонстрирует достаточно независимую позицию). А назначение полпредами Николая Винниченко и Александра Хлопонина может предвещать новую попытку возрождения к жизни института полномочных представителей президента в федеральных округах, кризис которого в последние годы был очевиден.
После "октябрьского демарша" оппозиционных парламентских партий, апеллировавших к президенту, Дмитрий Медведев стал высшим арбитром партийных интересов, что породило надежды на "коалиционного президента". Инициаторы создания конфигурации институциональной преемственности, очевидно, еще в 2007-м году стремились к тому, чтобы власть Медведева в принципе могла быть коалиционной (вспомним, что кроме "Единой России", выдвинувшей его кандидатуру на пост президента, в этом процессе были задействованы "Справедливая Россия" и "Гражданская сила"). Значительная часть властной элиты воспринимала тогда (и воспринимает сегодня) потребность в усложнении политической системы именно так.
Однако реальное усложнение системы пошло по другому пути. Первым шагом стало создание тандема, дифференцировавшего высшую власть. Сегодня в проведении реальной политики Медведев использует прежде всего собственные конституционные полномочия и прерогативы. При этом он по-прежнему опирается на "Единую Россию", возглавляемую премьером Владимиром Путиным. Партийные коалиционные механизмы в подобной конструкции не востребованы.
Реализация курса, заявленного Медведевым на январском заседании Госсовета, и итоги выборов 14 марта привели к формированию в России системы "партийного картеля" ("большая четверка"). Агрессивная избирательная кампания, которую проводили все игроки, стала следствием роста реальной политической конкуренции. Доминантная партия, "Единая Россия", отныне осуществляет доминирование политическими методами -- разумеется, используя естественные преимущества, которые предоставляет присутствие ее деятелей во власти. Однако монополией на использование административного ресурса она более не располагает.
Остальные системные партии перешли к "нишевой" стратегии. Ее отличают окончательное признание действующих политических и выборных институтов, игра по правилам, фактический отказ от притязаний на политическую власть и сопряженный с ним отказ от обязывающих коалиций, работа преимущественно с собственным (и "соседским") избирателем, регулярная критика правительственной политики (последовательная содержательная оппозиция). Можно с высокой долей вероятности предположить, что партийная система окончательно сформирована, а "нишевая стратегия" будет использоваться партиями на парламентских выборах 2011 года и вообще носит долгосрочный характер.
"Антикоррупционное" направление активности президента пока по преимуществу ограничивается созданием "рамок" - принятием и распространением на все новые и новые группы чиновничества (в том числе на силовые элиты) норм, ограничивающих коррупцию.
Президент в последние месяцы усилил внимание к так называемым "резонансным" темам, - очевидно, исходя из того, что бездействие может повысить протестные настроения. Глава государства, как правило, выдерживает паузу, позволяющую оценить реальный уровень общественной значимости обсуждаемой темы, после чего дает сигналы о готовности вмешаться в ситуацию. Прежде всего это проявилось в событиях вокруг поселка "Речник".
Более длительной оказалась пауза, которую держал президент в связи с оппозиционными митингами в крупных городах (Калининград, Иркутск, Самара, Ханты-Мансийск, Пенза). Осторожность президента, скорее всего, связана и с отсутствием во власти общего представления об оптимальной форме реакции на митинги, и с деликатностью темы звучавших на подобных акциях призывов к отставке правительства Владимира Путина. Поощрение публичной антиправительственной активности остается нежелательным для президента и по политическим, и по электоральным мотивам - тем более что величина рейтинга Медведева сохраняет зависимость от рейтинга Путина.
Практика апелляции к президенту по общественно значимым темам, скорее всего, будет продолжена. Осознавая это, глава государства дистанцируется от попыток навязать ему роль "автоответчика" по всем наиболее резонансным вопросам и не торопится высказывать позицию по некоторым из них - таким, как строительство Охта-центра или конфликты вокруг передачи музейной собственности в распоряжение Русской православной церкви. Осторожной остается и реакция президента по темам, связанным с работой силовых структур.
Особенно сложной остается ситуация вокруг МВД. Главное препятствие для модернизации МВД - низкая управляемость системы, которая является не "вертикалью", а скорее конфедерацией. Выбор между двумя основными рецептами обеспечения эффективности этой системы: усилением централизации и выводом из федеральной милиции как можно большего числа полномочий и служб (второй вариант, несомненно, несет в себе риск распада системы) - пока не сделан. Непростой остается и ситуация вокруг Вооруженных сил. Здесь у политического руководства страны есть согласованная стратегия, однако она сегодня не имеет необходимой общественной поддержки. На эту поддержку можно было бы рассчитывать, заявив в качестве стратегической цели отказ от непопулярной всеобщей воинской обязанности и переход к профессиональной армии. Однако эту задачу представители Генерального штаба назвали нереализуемой.
Стремясь поощрять внедрение инноваций, президент дает позитивные сигналы тем структурам и корпорациям, которые участвуют в решении этой задачи (иницитива Владислава Суркова и президентской "модернизационной" комиссии по созданию инновационного центра в Сколкове, "Роснано"), в то время как другие - даже такие влиятельные, как "Ростехнологии" - не получают такой политической поддержки, на которую они рассчитывали в момент создания.
В сфере региональной политики все отчетливее прослеживается приоритет обновления губернаторского корпуса. Подтверждением этого стали замены глав Дагестана, Коми, Татарстана, Свердловской и Челябинской областей, Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов. За последние полгода было назначено 10 новых губернаторов, а свои посты сохранили лишь 7. Всего за два года президентства Медведева были заменены 24 губернатора. К концу 2010 года он, скорее всего, опередит по этому показателю Владимира Путина, который назначил в 2005-2008 годах новых руководителей 29 регионов. Такие прогнозы подтверждаются и показателями опубликованного в феврале очередного Рейтинга политической выживаемости губернаторов, и тем фактом, что в 2010 году истекает срок полномочий еще у глав 18 регионов - в том числе в Калмыкии, Калининградской, Нижегородской, Оренбургской, Пензенской, Ростовской областях.
В конце марта - начале апреля вновь стало заметным еще одно направление президентской активности - международное. Это особенно проявилось и в ходе переговоров Дмитрия Медведева с Бараком Обамой в Праге (для прямой трансляции подписания российско-американского договора СНВ-3 Первый канал даже прервал трансляцию запланированных передач), и в ходе его визита в США.
Наступление Путина: преемственность и концентрация
Владимир Путин в начале 2010 года активно демонстрировал преемственность проводимой политики по отношению к курсу, реализовывавшемуся в 2000-2008 годах. При этом премьер не мог не учитывать, что одним из мотивов критики оппозиции в его адрес является желание выявить, в какой степени Путин и "Единая Россия" способны противостоять негативным кампаниям. Существовала и угроза того, что оппозиция попытается сделать ставку на раскол связки "премьер-правящая партия", если некоторое снижение рейтинга единороссов не будет сопровождаться сопоставимым уменьшением общественной поддержки самого Путина.
Недвусмысленный сигнал о подтверждении преемственности курса - в том числе в политической сфере - премьер дал еще на январском заседании Государственного совета. Наступление Путина продолжилось путем дальнейшего сближения премьера и "Единой России". Премьер продемонстрировал обществу и элите новый формат собственного публичного участия в политической жизни и электоральной мобилизации - с помощью партийных конференций в федеральных округах (первая из них состоялась в Красноярске и Новосибирске). Глава правительства выступил в поддержку ряда крупных партийных инновационных проектов, в том числе уже осуществляемых, причем презентацию 6 наиболее значимых из них он принимал публично. Ответственность правящей партии за развитие всех российских регионов, заявленная Путиным в Новосибирске, легко проецируется на парламентскую кампанию-2011.
В процессе публичного общения с региональной элитой в Новосибирске премьер довольно эфектно продемонстрировал, что хорошо понимает состояние реальных общественных настроений (по поводу тарифов на услуги ЖКХ, пенсий, аптечного обсуживания, террористической угрозы) и по-прежнему способен - при поддержке "Единой России" - активно на них влиять.
Эти шаги были дополнены резкими выступлениями главы правительства в адрес крупных российских бизнесменов - владельцев компаний энергетического сектора. Оно показало бизнес-сообществу, что премьер и его заместители остаются главными игроками в принятии важнейших экономических решений. Кроме того, премьер продемонстрировал сохранение у него "контрольного пакета" при решении вопросов о кадровых назначениях в правительстве. Подтверждением этого стало сохранение Виталия Мутко в должности министра спорта.
Как и для президента, первые месяцы оказались удачными для премьера на международной арене. Владимир Путин сосредоточился в основном на продвижении экспортных проектов - прежде всего в части поставок газа (достижение прорыва в переговорах по "Северному потоку" ) и вооружений (визит в Индию).
Три интриги
Прогнозируя развитие событий в ближайшей перспективе, можно предположить обострение трех основных интриг.
Первая - приближение парламентских выборов, степень значимости которых для устойчивости политической системы пока не вполне ясна. Существует и вероятность того, что предвыборный фактор ускорит ротацию губернаторского корпуса (в 2011 году истекает срок полномочий у 10 глав регионов - и некоторые из них могут быть заменены досрочно).
Вторая интрига связана с необходимостью для власти предпринять ряд "отложенных шагов" - прежде всего в жилищно-коммунальной сфере, в реформировании МВД и, возможно, Вооруженных сил.
Третьей интригой будут колебания общественных настроений. Потенциально федеральная власть, очевидно, готова к некоторому ослаблению общественной поддержки с ее новой консолидацией по мере приближения к выборному циклу 2011-2012 годов. Но не исключен и другой вариант - попытка сделать ставку на текущее сохранение и укрепление популярности высших руководителей из опасений, поскольку падение рейтинга будет моментально прочитано как признак слабости власти. Однако против "досрочной" мобилизации избирателей существуют серьезные контраргументы. Как показала реакция общественного мнения на взрывы в московском метро, мобилизация вокруг власти сейчас не является для граждан остроактуальной потребностью. К тому же в случае досрочного старта предвыборной кампании может быть девальвирован диалог с "активным меньшинством" населения - экономически успешными группами населения (в особенности жителями крупных городов), политизация которых в последние месяцы возросла.
Игра вокруг "президентских праймериз". Три сценария
Ключевые задачи, стоявшие перед "тандемом" в период его создания, в целом выполнены. Выстраивание системы управления с уточненными институциональными ролями президента и кабинета министров удалось провести без значительного ущерба для системы принятия оперативных решений. Повышение политического статуса главы правительства произошло без обострения отношений по линии "президент - премьер" и без подрыва легитимности главы государства. Новая конструкция сохранила способность к реализации перспективных проектов - таких, как экономическая модернизация или реформа Вооруженных сил. Не стали конфликтогенными такие потенциально проблемные аспекты, как распределение контроля в "тандеме" над силовыми структурами, выстраивание стратегии в отношениях с европейскими партнерами и США, лидерство Путина в "Единой России".
Естественно, сложившаяся система время от времени давала сбои и сопровождалась рабочими расхождениями между администрацией президента и аппаратом правительства по тактическим вопросам, но в целом она оказалась весьма устойчивой. К тому же попытки отдельные игроки регулярно предпринимали попытки "расшатать" тандем, протестировать его на устойчивость и пластичность. Но вплоть до весны 2010 года такие шаги не получали заметного резонанса.
И даже сегодня сам факт реального начала неформальных процедур выбора кандидата для участия в президентских выборах 2012 года ("праймериз") отнюдь не является установленным. Однако значительная часть политических акторов стала рассматривать деятельность глав государства и правительства именно через призму такого состязания. Отчасти такое восприятие является данью традиции: подобные "праймериз" возникали накануне выборов 2000-го (с участием Степашина, Аксёненко, Путина, Примакова, Лужкова) и 2008-го (Медведев - Иванов - Зубков). Но президент и премьер вынуждены учитывать, что попытки как можно раньше запустить "обратный отсчет" оставшегося до президентских выборов времени будут учащаться.
Отказ президента и премьера давать однозначные сигналы вокруг "загадки-2012" неудивителен. Любой ясный ответ создает риск превращения партнера по тандему в "хромую утку". При этом и Медведев, и Путин дали целую серию сигналов, призванных опровергнуть предположения об отсутствии у них желания или возможности принять участие в выборах 2012 года.
Как будет развиваться ситуация в дальнейшем?
Сценарий 1. Инерционный
Важным аргументом в пользу участия Дмитрия Медведева в президентских выборах 2012 года является высокая степень инерционности политического процесса в России, благодаря чему из множества вариантов решений делается выбор в пользу наименее конфликтного, не предполагающего кардинальных изменений сложившегося баланса. Кроме того, такой путь снижает риски чрезмерной персонализации политических институтов и отождествления легитимности власти исключительно с легитимностью Владимира Путина.
Выдвижение кандидатуры Медведева на выборах-2012 будет вписываться в логику поэтапного продолжения заявленных в последние годы преобразований - таких, как реформа судебной системы, запуск экономической модернизации, повышение динамики политической системы, некоторое обновление и омоложение при назначении на высокие государственные посты, усиление общественного запроса на открытость и ответственность власти. Вариант участия Дмитрия Медведева в президентских выборах наименее конфликтен и с учетом существующего внешнеполитического контекста.
Если Медведев будет выдвинут на пост президента, выдвижение (и по очевидной политической логике, и по прецеденту) должно быть осуществлено "Единой Россией". Такое выдвижение будет институционально гарантировать известную дифференциацию высшей власти, ведь лидером партии останется Владимир Путин. Альтернативный оппозиционный альянс КПРФ, "Справедливой России" и ЛДПР в поддержку Медведева (а тем более другого кандидата на президентский пост) на выборах 2012 года политически и технологически невозможен, особенно после 14 марта. Впрочем, о его желательности периодически заявляют некоторые деятели этих партий, а Коммунистическая партия даже создала "под Медведева" сомнительную с точки зрения ее электоральных перспектив концепцию "социалистической модернизации". Создание новой партии, сопоставимой по степени общественной поддержки с "Единой Россией", за время, оставшееся до выборного цикла 2011-2012 годов, также невозможно.
Поскольку база общественной поддержки президента и премьера сегодня не полностью тождественны, не исключены попытки апелляции к президенту с призывом отказаться от "оков" тандема и приступить к поиску нового кандидата на премьерский пост в 2012 году. Однако конвертация подобных призывов в конкретные политические шаги представляется откровенно маловероятной.
Медведев - несомненный и естественный лидер обновления: лидер активной части населения, лидер национальной модернизаторской коалиции. Однако именно в силу этого "перспективного лидерства" заменить Путина полностью он в любом случае не сможет: он не лидер большинства и, скорее всего, не будет им.
Сценарий 2. Возвращение Путина
Актуализация этого сценария может быть связана прежде всего с тем, что население России по-прежнему испытывает к Владимиру Путину наибольшее доверие, а рейтинги Дмитрия Медведева и "Единой России" -- пусть и в меньшей степени, чем прежде - по-прежнему представляют собой "отражения" путинского.
Продолжение социального кризиса, теракты в Москве и Дагестане и общее ощущение нестабильности вновь делают актуальными запросы на "порядок" (на этот раз порядок во власти) и консолидацию элит - в отличие от "перемен" и дифференциации элит. Ответ на запрос "порядка", несомненно, олицетворяет собой премьер и лидер "Единой России" Владимир Путин. В элитной и экспертной среде распространено мнение о том, что даже обсуждение выдвижения Путина на пост президента в 2012 году могло бы способствовать консолидации политической элиты, а реальное его выдвижение ускорило бы эту консолидацию. К тому же социальный курс, востребованный в предвыборный период, было бы логичнее проводить именно лидеру, опирающемуся на большинство, то есть Путину.
В случае, если Путин возглавит список "Единой России" на парламентских выборах 2011 года, а избирательная кампания пройдет в формате "высокой мобилизации", в дальнейшем его выдвижении на президентский пост присутствовала бы политическая логика - определенно большая, нежели в реализации инерционного сценария "Путина в парламент, Медведева в Кремль". Наоборот, отказ от такого выдвижения мог бы быть воспринят как отказ от закрепления и развития его победы на выборах 2011 года. В 2007-2008-м годах такое развитие событий было оправдано конституционными ограничениями, в предстоящем "большом" избирательном цикле его восприятие элитами и населением будет затруднено, если вообще возможно. Вообще "проблема трех месяцев" между парламентскими и президентскими выборами - одна из ключевых в разрешении большой интриги 2011-2012 годов (в отличие от "растянутого" цикла выборов 2016-2018 годов).
В случае реализации сценария "Возвращение Путина" содержательное послание власти обществу в период избирательной кампании можно считать уже сформированным, его элементы нуждаются лишь в некоторой систематизации и детализации.
"Путин соответствует желаемому образу национального лидера" - то есть фигуры покровителя, от которого исходит "спокойная сила", способного понять, помочь, защитить. Это позволит в том числе ответить на ослабевающий, но сохраняющийся в обществе патерналистский запрос.
"Путинское большинство" не существует без Путина", традиционно чувствующего состояние общественного мнения и готового к коррекции имиджа, политического стиля и даже содержания политики в зависимости от мнения граждан. Попытка качественного преобразования путинского большинства объективно сопряжена с рисками быстрого распада этой широкой социальной коалиции, являющейся основой системы общественного доверия власти. В то же время возможность эволюции "путинского большинства" в "модернизационное большинство" без участия Путина очень невелика, если вообще существует.
"План Путина" работает до сих пор." Будучи в большей степени политическим проектом, инициированным "Единой Россией", "План Путина" и сегодня определяет основные направления развития страны. В их числе - полуторапартийная система (с акцентом на модернизацию доминирующей правящей партии и рост политической конкуренции), ставка на крупные корпорации (при условии их эффективности), экономика инноваций (при условии начала создания реальных инновационных центров), борьба с коррупцией (в сочетании с усилением контроля за бюрократией и реформой МВД).
"Путин удовлетворил запрос общества на развитие". Возникновение в обществе запроса на развитие хронологически совпало с электоральным циклом 2007-2008 годов и началом экономического кризиса. Сформулированные Путиным положения "Стратегии-2020" могут оцениваться как системный ответ на этот запрос.
"Путин - победитель кризиса": именно премьеру удалось сформулировать единое антикризисное послание правящей элиты, консолидирующее позиции руководства исполнительной власти, правительства, парламента, администраций субъектов Федерации, "Единой России", и реализовать его.
Основным ограничителем возвращения Владимира Путина на президентский пост является отсутствие (во всяком случае, пока) ответа на фундаментальный вопрос "Зачем?", который, скорее всего, в той или иной форме адресует ему население и часть элиты в случае выдвижения на президентский пост. Очевидно, в этом случае будет востребован имидж "нового героя". Налицо и известный консерватизм элит и общества (см. сценарий 1).
Сценарий 3. Who is Mr. X?
Внешняя простота и предопределенность альтернатив 2012 года - второй срок Медведева или возвращение Путина при практически нулевой вероятности прямой электоральной конкуренции между ними - тем не менее не позволяют исключить управляемого выдвижения новых фигур.
Сегодняшний режим - гибридный. В нем присутствуют институциональные принципы: система тандема и механизм доминантной партии. Но одновременно работают и все-таки преобладают персоналистские начала: Путин остается лидером доверия; у Медведева рейтинг также весьма высок; лидерские рейтинги являются основой стабильности политической системы, их поддержанию и воспроизводству уделяется постоянное и усиленное внимание. Новый шестилетний президентский срок полномочий, вступающий в силу начиная с выборов 2012 года, является институциональной новацией, но и потенциальным фактором поддержания в будущем персонализации политического режима.
Все это - вместе с поиском ответов на вызовы обозначенной в начале доклада повестки дня электорального цикла ("Рубикон-2012"), а также иными тактическими задачами (например, задачами электоральной мобилизации или профилактики настроений психологической усталости в преддверии выборов) - может подтолкнуть правящий тандем к новым решениям. В частности, к тому, чтобы не просто сохранить нынешнюю или сформировать "зеркальную" (Путин-президент - Медведев-премьер) властную конструкцию, но расширить систему персонального лидерства за счет фигуры нового премьер-министра, одновременно повысив политическую роль некоторых институтов.
Это может означать, например, что в случае возвращения Владимира Путина на пост президента парламентом будет утвержден новый глава правительства, а Дмитрий Медведев возглавит Конституционный Суд РФ или объединенный с Конституционным Судом качественно новый Верховный Суд. В случае же выдвижения на второй срок Дмитрия Медведева на второй срок может быть обновлено правительство и его руководство, а Владимир Путин, оставаясь лидером правящей партии, может возглавить также Государственную Думу с институциональным усилением роли парламента в формировании правительства и контроле за его деятельностью.
Сегодня подобные варианты развития событий остаются сугубо гипотетическими, а фигура "третьего лидера" - невыявленной. Признаками перехода к одному из таких вариантов могут стать обнародование соответствующих проектов конституционных новаций и (или) частичная реорганизация и перестановки в ныне действующем правительстве в 2011 году.
***
Любой реалистичный сценарий-2012 неизбежно должен учитывать значимость "фактора Путина", который более 10 лет играет в российской политике уникальную роль. К середине второго срока своего президентства он превратился в национального лидера, опирающегося на высокий уровень доверия и обладающего "контрольным пакетом" при принятии ключевых решений вне зависимости от формального статуса. Его уход из пространства власти, скорее всего, в обозримой перспективе невозможен. Именно Путин был в 2007 году гарантом соглашения элит по созданию конфигурации институциональной преемственности. Ему с высокой степенью вероятности предстоит снова сыграть эту роль в 2011-м и 2012-м - независимо от того, останется он лидером "Единой России" и премьером при президенте Дмитрии Медведеве, вернется на президентский пост или инициирует создание новой конфигурации высшей власти. И также независимо от того, какой сценарий будет реализован, политический союз Путина и Медведева, в который постепенно эволюционирует правящий тандем, с высокой долей вероятности будет существовать и в будущем.
Авторы: Дмитрий Орлов, генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций, кандидат исторических наук; Дмитрий Бадовский, заместитель директора НИИ социальных систем МГУ им. М. В. Ломоносова, кандидат политических наук; Михаил Виноградов, президент фонда "Петербургская политика".
