Государство сохранит монополию на нефтепроводы


Пока правительство возглавляет Михаил Фрадков, частных трубопроводов в России не будет. LЭто наша инфраструктура и наши конкурентные преимущества (перед другими странами. -- Ред.), за этим надо следить¦, -- заявил он в минувшую пятницу. Его предшественник Михаил Касьянов также считал, что государство должно обладать монополией на трубопроводный транспорт, однако он призывал крупный бизнес инвестировать средства в строительство новых маршрутов в обмен, например, на льготный тариф прокачки. Но такой механизм так и не был разработан. А теперь можно с уверенностью говорить, что планы нефтяников по строительству нефтепровода из Западной Сибири в Мурманск и газопровода с Ковыктинского месторождения в Иркутской области в Китай отложены в долгий ящик.

Широко о частном магистральном нефтепроводе нефтяники заговорили в конце 2002 года (до этого вопрос более всего интересовал ЮКОС, который разработал проект строительства нефтепровода из Ангарска в Дацин и, построив собственную трубу, планировал транспортировать до 30 млн т собственной нефти). Тогда четыре крупнейших холдинга -- ЛУКОЙЛ, LСибнефть¦, ТНК (в то время еще не объединившаяся с ВР) и ЮКОС -- презентовали проект строительства трубопровода из Западной Сибири в Мурманск. В зависимости от степени участия в строительстве компании гарантировали прокачку по трубе 60 млн т сырья в год (ЛУКОЙЛ и ЮКОС -- по 20 млн т, ТНК и LСибнефть¦ -- по 10 млн). Стоимость проекта компании оценили от 3,4 до 4,5 млрд долл. в зависимости от маршрута. Оператором предлагалось стать LТранснефти¦.

Радужные планы нефтяников в одночасье разрушил экс-премьер Михаил Касьянов. Через несколько месяцев после презентации проекта Западная Сибирь -- Мурманск он заявил, что все строящиеся трубопроводы останутся в собственности государства, хотя нефтяники могут вложить в проект собственные средства, которые будут компенсированы через Lмеханизм доступа к трубопроводам¦. Правда, премьер тут же сделал оговорку, что речь не идет о дополнительных квотах на прокачку нефти, просто участие инвесторов будет учтено при формировании для них тарифов. Дальнейшие попытки нефтяных компаний изменить позицию государства успехом не увенчались. Правда, сейчас холдинги готовы вкладывать средства даже на этих условиях.

Однако LТранснефть¦ в прошлом году заявила, что приоритетным проектом для нее будет нефтепровод из Восточной Сибири в Находку, а маршруты и очередность строительства других нефтепроводов будут рассматриваться только после его завершения. Пока не готово даже ТЭО маршрута в Находку. В прошлом году Минприроды отклонило предложенный LТранснефтью¦ вариант, так что теперь в компании работают над новым, причем исходной точкой стал уже не предполагавшийся ранее Ангарск, а Тайшет. В лучшем случае документ будет готов через год. Правда, как обещают в трубопроводной монополии, ТЭО нефтепровода в Мурманск, которое все же разрабатывается параллельно восточносибирскому проекту, должно быть завершено раньше -- в конце этого или начале следующего года. Впрочем, вряд ли это приблизит срок строительства -- по словам вице-президента LТранснефти¦ Сергея Григорьева, параллельная реализация двух проектов невозможна просто из-за нехватки мощностей отечественных подрядных организаций. Привлечение же иностранных партнеров приведет к значительному удорожанию всего проекта, так что этот вариант не рассматривается. LКроме того, -- добавляет г-н Григорьев, -- правительству необходимо решить, а нужно ли России вообще значительно увеличивать в ближайшие годы объем добычи нефти и наращивать экспортные мощности. Но если не брать в расчет этот вопрос, то никто не настроен против Мурманска¦. Как известно, согласно Энергетической стратегии добыча нефти в России к 2010 году будет находится на уровне 490 млн т в год (правда, уже в этом году прогнозируется показатель в 450 млн т), а к 2020 году увеличится до 520 млн тонн.

Практически во всех нефтяных компаниях отказались комментировать заявления г-на Фрадкова. Правда, по мнению собеседника газеты LВремя новостей¦ в одной из них, Lне трудно подсчитать, что экономический эффект от строительства нефтепровода в Мурманск выше, чем от изменения налоговой политики в отношении нефтекомпаний, над которой сейчас работает правительство¦.