USD 73.9968

0

EUR 89.6249

0

BRENT 69.5

+0.67

AИ-92 45.33

-0.01

AИ-95 49.06

-0.03

AИ-98 55.11

+0.05

ДТ 49.37

+0.01

730

Транскаспийский трубопровод вновь под ударом?

Складывающаяся ситуация вокруг спорных месторождений на Каспии слабо вяжется с тем контекстом, который формируется уже долгое время в связи с намерением во что бы то ни стало начать реализацию проекта ТКГ. В начале прошлого месяца стало известно о намерении Туркмении вынести на обсуждение Генеральной Ассамблеи ООН проблемы транзита энергоносителей. Об этом Гурбангулы Бердымухамедов первоначально заявил на заседании...

Транскаспийский трубопровод вновь под ударом?

Складывающаяся ситуация вокруг спорных месторождений на Каспии слабо вяжется с тем контекстом, который формируется уже долгое время в связи с намерением во что бы то ни стало начать реализацию проекта ТКГ. В начале прошлого месяца стало известно о намерении Туркмении вынести на обсуждение Генеральной Ассамблеи ООН проблемы транзита энергоносителей. Об этом Гурбангулы Бердымухамедов первоначально заявил на заседании Совета глав правительств СНГ, предложив «начать диалог по вопросам транспортировки энергоресурсов, обеспечения безопасности и надежности их поставок, выработке ясных и четких принципов действия государств на международных рынках энергоносителей». Впоследствии эту же позицию глава Туркмении проводил и на саммите ШОС в Пекине, а также в рамках форума «Рио+20» в Бразилии...


Впрочем, в Бразилии тема необходимости начала диалога по вопросам транспортировки энергоресурсов была совмещена с уже традиционно продвигаемым Ашхабадом в последнее время вопросом экологической безопасности на Каспии.


Так, глава Туркмении отметил, что Каспий требует акцентированного внимания международного сообщества. При этом общая задача - совместить объективные экономические интересы, реалии международного сотрудничества в энергетической сфере с необходимостью сохранения биоразнообразия Каспия. По мнению туркменского президента, сегодня нужны не просто декларации, а серьезные экспертные оценки, постоянный мониторинг ситуации, которые послужили бы основой для выработки адекватных решений, в том числе политико-правового характера. И в этом вопросе туркменское правительство рассчитывает на содействие международных организаций: Бердымухамедов предложил создать в сотрудничестве с ООН специализированную структуру - Межрегиональный центр по решению проблем, связанных с изменением климата, и от имени Туркмении пообещал предоставить для его работы всю необходимую инфраструктуру.


В середине же месяца президент Туркменистана призвал ученых Академии наук разрабатывать инновационные технологии строительства трубопроводов по дну Каспийского моря. По его словам, в Туркменистане должны проводиться фундаментальные исследования по сейсмологии, расширяться международное сотрудничество в области сейсмологии, внедряться новая техника и технологии.


Ранее Туркменистан на 66-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке выступил с инициативой придания конкретного содержания международным усилиям по сохранению уникальных природных богатств Каспия, было также предложено организовать Каспийский экологический форум в качестве постоянно действующего органа для рассмотрения вопросов охраны окружающей среды в Каспийском бассейне и выработки соответствующих предложений и рекомендаций.


При этом официальный Ашхабад выразил убежденность в том, что проект Транскаспийского газопровода имеет право на скорейшую реализацию и является оптимальным вариантом для экспорта туркменского газа на европейский рынок.


Таким образом, во всех этих публичных действиях Бердымухамедова в той или иной степени отражалась заинтересованность Ашхабада в изменении ситуации вокруг проекта строительства трубопровода по дну Каспийского моря, что сопряжено с резким неприятием России и Ирана, апеллирующих, как к проблеме нерешенности правового статуса Каспия, так и к вопросам экологической безопасности. С целью реализации этого проекта туркменская сторона неоднократно выражала готовность проведения соответствующей экологической экспертизы. Более того, ранее уже сообщалось о том, что Ашхабад наметил планы на текущий год по активизации переговоров со странами-соседями по Каспийскому региону. Актуализация же означенных проблем на международном уровне, по мнению Туркменистана, видимо, должна способствовать если и не приданию дополнительного импульса проекту ТКГ, то изменению позиции России в вопросе транзита туркменского «голубого топлива» на рынки восточной и западной Европы.


Между тем, анализируя ситуацию вокруг ТКГ, стоит охарактеризовать общий информационный фон, который в рассматриваемый период формировался основными акторами, прямо или косвенно вовлеченными в реализацию проекта.


В начале июня глава Госнефтекомпании Азербайджана (ГНКАР) Ровнаг Абдуллаев заявил о том, что Азербайджан готов предоставить свою территорию для транзита туркменского газа в Евросоюз. По его словам, переговоры по этому вопросу ведутся сейчас между Брюсселем и Ашхабадом.


Затем, в ходе 19-й Каспийской Международной нефтегазовой конференции «Нефть и газ, нефтепереработка и нефтехимия Каспия», которая проходила в Баку, прозвучал ряд четких сигналов в отношении проекта ТКГ. Так, старший советник специального посланника госдепа США в Евразии Даниэл Стейн прямо заявил, что Вашингтон приложит все усилия для реализации проекта ТКГ: «Если Азербайджан и Туркменистан договорятся о строительстве Транскаспийского газопровода, то никакая страна не сможет наложить вето на это решение. США поддерживают этот проект, так как это отвечает интересам нашей страны». По его словам, глобальные интересы США в энергетической сфере базируются на трех аспектах: открытие новых месторождений нефти и газа; диверсификация рынков нефти и газа; создание новых маршрутов поставок на глобальные рынки, одним из которых является поставка углеводородов из Каспийского бассейна. Как считает Стейн, обеспечение всех трех указанных аспектов служит стабильному развитию экономики во всем мире.


В свою очередь заместитель министра энергетики и природных ресурсов Турции Хасан Мурат Мерджан отметил, что Турция готова выступить надежным партнером в проектах транспортировки каспийского газа и сыграть конструктивную роль в новых газовых проектах.


Во второй декаде июня лоббированием проекта ТКГ была отмечена нефтегазовая конференция «Развитие шельфа Каспия 2012» в Астане. Главную роль здесь сыграла глава представительства Европейского Союза в Казахстане и Туркменистане Аурелия Бучез, заявившая о том, что никаких политических и экологических препятствий развитию транскаспийских проектов не существует. При этом Бучез, по сути, проигнорировала неурегулированность правового статуса Каспия, по дну которого, собственно, и предполагается проложить ТКГ.


«Европейский Союз сегодня не занимает никакой конкретной позиции относительно юридического статуса Каспия, этот вопрос должен быть урегулирован между пятью прибрежными государствами. ЕС полностью поддерживает работу, которая сегодня идет, и уже работает с двумя государствами, которые решили построить между собой газопровод в своих территориальных водах. Мы наблюдаем, что текущие переговоры прибрежных государств относительно нового статуса Каспия никак не препятствуют строительству и эксплуатации и нефтяных, и газовых трубопроводов. Кроме того, с нашей точки зрения, для того чтобы построить трубопровод через Каспий, нет необходимости заниматься его фактической делимитацией. В ЕС такого рода проблемы часто встречаются: трубопроводы могу строиться через границы, которые существуют, но пока еще не согласованы», - отметила Бучез.


Главу представительства Европейского Союза в Казахстане и Туркменистане также не смутил и экологический аспект прокладки газопровода по дну моря, на что особенно обращают внимание Россия и Иран. «Мы уже проводили работу по изучению экологических аспектов этого проекта, - заверила госпожа Бушез. - На основании данных, которые были получены в результате профинансированных ЕС исследований, не было выявлено ни одного экологического вопроса, из-за которого транскаспийский газопровод стал бы неосуществим. На самом деле можно ожидать, что газовый трубопровод через Каспийское море будет иметь самое низкое воздействие на окружающую среду по сравнению с другими маршрутами. Мы, конечно, полностью готовы к финансированию дальнейшей работы в данной области, чтобы решить все экологические вопросы вместе с нашими каспийскими партнерами и международными финансовыми институтами».


Представитель ЕС отреагировала и на инициативы Гурбангулы Бердымухамедова, предложившего, как уже отмечалось выше, вынести на обсуждение Генеральной Ассамблеи ООН проблемы транзита энергоносителей: «Мы подходим к вопросам, касающимся разработки энергетических ресурсов на Каспии и, более широко, в Центральной Азии, с твердым убеждением относительно того, что в вопросах энергетической безопасности поощрение диверсификации экспортных маршрутов входит в интересы всех и каждого. Все и каждый заинтересованы в альтернативных экспортных маршрутах, они расширяют рыночные возможности и увеличивают способность получать конкурентные в международном масштабе цены».


Завершить этот благостный для проекта ТКГ информационный фон должна была встреча глав МИД 27 стран Евросоюза для принятия решения о заключении с Азербайджаном и Туркменией соглашения по правовой базе проекта Транскаспийского газопровода, что собственно и произошло 25 июня в Люксембурге.

Оценивая сформированный контекст, крайне нелогичным смотрится вновь разгоревшийся во второй половине июня конфликт между Азербайджаном и Туркменистаном по поводу спорного месторождения Кяпяз/Сердар. Поводом для этого стала попытка начать сейсмические работы на месторождении, предпринятая научно-исследовательским гражданским судном под флагом Туркмении.


Месторождение Кяпаз (или Сердар) было открыто еще в советское время - в 1989 году - азербайджанскими геологами, и называлось «Промежуточное», потому что находилось на срединной линии между Азербайджаном и Туркменистаном.


После практического раздела северной части Каспия между Россией, Азербайджаном и Казахстаном территориальные претензии остались в южной части, более остальных богатой углеводородными ресурсами. Согласно оценкам ведущей геофизической компании WesternGeco в туркменской части шельфа Каспия имеются запасы 11 млрд. тонн нефти и 5,5 трлн. куб.м. газа. Серьезные разногласия между Туркменистаном и Азербайджаном выразились в притязании на собственность трех нефтеносных участков на трансграничной морской территории: Хазар (по-азербайджански - Азери), Осман (Чираг) и Сердар (Кяпаз).


Азербайджан ссылается на карты советского периода, когда они разрабатывались именно азербайджанскими нефтяниками. Ашхабад апеллирует к мировой практике - эти месторождения расположены ближе к побережью Туркмении, чем Азербайджана.


Туркменская сторона претендует не только на месторождение «Кяпаз» в центре Каспия, но даже на месторождения «Азери» и «Чираг», которые Азербайджан уже разрабатывает консорциумом во главе с британской ВP.


18 июня Чрезвычайный и Полномочный Посол Туркменистана в Азербайджане Тойла Комеков был вызван в Министерство иностранных дел страны пребывания. В ходе его встречи с заместителем министра иностранных дел Халафом Халафовым было заявлено, что, согласно договору, подписанному президентами Азербайджана и Туркменистана в 2008 году, на пересечении секторов двух стран по дну Каспия никаких разведывательных работ до решения вопроса правового статуса моря вестись не будет. Как следствие, Азербайджан выступил с нотой протеста в связи с «противоправными попытками Туркменистана начать сейсмические работы на трансграничном месторождении «Кяпаз» на Каспии». При этом официальный Баку заявил о том, что сохраняет за собой право предпринять все шаги для соблюдения суверенных прав на Каспии.


В свою очередь МИД Туркменистана ответил на протест Азербайджана вполне безапелляционно. «Еще 16 июня 2012 года азербайджанской стороне в официальном порядке, в том числе и посредством направления дипломатической ноты в МИД Азербайджана, был выражен решительный протест в связи с попытками осуществления противоправных действий со стороны азербайджанской пограничной службы в отношении гражданского судна, проводящего научно-исследовательские работы в секторе Каспийского моря, не имеющем никакого отношения к Азербайджану», - говорится в сообщении МИД Туркменистана.


Позже Государственная нефтяная компания Азербайджана выступила с изложением позиции в отношении действий Туркменистана на структуре Кяпаз/Сердар на Каспии. Как заявил на заседании Каспийско-Европейского делового интеграционного клуба (CEIBC) вице-президент SOCAR по экономическим вопросам Сулейман Гасымов, поскольку Кяпаз находится на серединной линии Каспия, разделяющей азербайджанский и туркменский секторы Каспия, месторождение является спорным.


«Азербайджан не раз выступал с предложениями о совместной разработке данного месторождения, но этот вопрос остался открытым до полного разрешения вопроса о статусе Каспия. Вызывает сожаление, что проведение Туркменистаном сейсморазведочных работ на этом месторождении совпало по времени с визитом президента Туркменистана в Иран», - сказал Гасымов.


В изложении азербайджанской стороны хроника конфликта свидетельствует о том, что Туркменистан уже в третий раз совершает срыв договоренностей. Первый раз это было в 1998 году, накануне достижения соглашения по Транскаспийскому проекту - после чего последовало почти десятилетнее охлаждение азербайджано-туркменских отношений . В 2008 отношения между странами нормализовались: Ильхам Алиев и Гурбангулы Бердымухамедов в 2008 году договорились не проводить никаких разведывательных работ на месторождении до решения вопроса статуса Каспия. В начале 2009 года Азербайджан выступил с предложением разрабатывать спорные месторождения совместно. Но в июне 2009 года Ашхабад сделал очередной «ход», обратившись в Международный арбитражный суд с иском к Азербайджану. Туркменистан требовал компенсаций за использование месторождений Азери и Чыраг в течение десяти лет. Эти претензии были отклонены международной инстанцией. К тому же выяснилось, что Туркменистан не имеет юридического права обращаться в Международный арбитражный суд. В 2011 году отношения между Туркменистаном и Азербайджаном вновь нормализовались. Велись долгие переговоры по реализации Транскаспийского трубопровода, были согласованы необходимые документы. Но Ашхабад вновь пошел на обострение.


Примечательно, что теперь Туркмения намеревается решать территориальный спор с Азербайджаном на Каспии в Международном суде ООН. Об этом сообщил и.о. министра нефтегазовой промышленности и минеральных ресурсов Туркмении Какагелди Абдыллаев. По его словам, Ашхабад неоднократно обращался к Баку с требованием прекратить работы в районах моря, юрисдикция которых не определена, а именно - на месторождениях «Омар» и «Осман». Так же он отметил, что «работы, проводимые консорциумом AIOC, в частности компаниями British Petroleum, Chevron, Exxon Mobile, Hess, Inpex, Itochu, Statoil, TPAO, SOCAR, в зонах с неопределенной юрисдикцией, не соответствуют нормам международного права». Что же касается спорного месторождения «Сердар», то оно «полностью находится в туркменском секторе Каспийского моря, о чем Туркмения неоднократно заявляла азербайджанской стороне», - заявил Абдыллаев. В свою очередь Баку продолжает настаивать, что это месторождение, называемое азербайджанцами «Кяпаз», находится на территории Азербайджана.


Кроме этого, трактовка истории конфликта, предлагаемая азербайджанской стороной, по мнению Ашхабада, отражает лишь одностороннее мнение Баку, а никак не сложившуюся ситуацию. По словам Абдыллаева, в 2008 году, в ходе визита президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова в Азербайджан, между двумя странами не было подписано никаких соглашений: «В то же время Туркменистаном были выдвинуты конкретные инициативы с целью решения спорного вопроса. К сожалению, эти инициативы не получили отклика с азербайджанской стороны. В сложившейся ситуации Туркменистану ничего не остается, кроме как обратиться в Международный суд ООН».


Правда, стоит отметить, что ни Туркменистан, ни Азербайджан не признают юрисдикцию суда, поскольку они не подписали соответствующую декларацию. В этом случае суд не может рассматривать конфликтный вопрос. Причем данная ситуация касается не только двух стран, но и России, Ирана и Казахстана.


Чем вызвана нынешняя попытка Ашхабада актуализировать тему спорных месторождений, до конца непонятно. Однако некоторые аналитики допускают, что без вмешательства «третьей стороны» здесь не обошлось. Наиболее обтекаемо эту точку зрения выразил министр промышленности и энергетики Азербайджана Натиг Алиев: «Некоторые силы не хотят улучшения отношений между Туркменистаном и Азербайджаном. Напряженность между двумя странами стремятся создать именно эти силы». Министр отметил, что факты нарастания напряженности в отношениях между Туркменистаном и Азербайджаном наблюдались несколько раз: «Я не могу сказать, в чем их причина на этот раз. Но все мы знаем, что здесь могут быть другие силы, которые стремятся накалить наши отношения и воспользоваться ситуацией. Они видят, что наши отношения улучшаются, превращаясь в реальные дела, подготавливаются какие-то документы… По этой причине я считаю, что есть силы, желающие нарушить это сотрудничество».

Широкое распространение получила точка зрения, согласно которой за очередным выпадом со стороны Ашхабада стоит Москва (глава Центра политических исследований «Восто-Запад» Арастун Оруджлу, экс-советник президента Азербайджана Вафа Гулузаде и - в меньшей степени - профессор Западного университета Фикрет Садыхов). Якобы подоплекой конфликта стал визит Х. Клинтон в республики Южного Кавказа и обострение отношений между Баку и Ашхабадом - своеобразный ответ в адрес Вашингтона, активно лоббирующего реализацию проектов Южного энергетического коридора. Во внимание принималось также и заявление президента России Владимира Путина, который на саммите Россия-ЕС, прошедшем 3-4 июня в Санкт-Петербурге, отметил, что Москва не будет считать легитимными принятые без консенсуса решения по Каспию. «В связи с настойчивыми попытками ЕС по продвижению Транскаспийского газопровода Путин подробно объяснил правовую ситуацию вокруг Каспия. Любые решения в отношении Каспийского моря могут быть приняты только на основе консенсуса каспийской «пятерки». В противном случае они будут нелегитимны. Не учитывать этот момент ЕС не может», - отметил помощник президента РФ Юрий Ушаков по итогам саммита.


Впрочем, логических доводов в пользу подобной трактовки причин конфликта, все же не хватает. Равно как не хватает их и в пользу точки зрения, согласно которой за действиями официального Ашхабада стоит Тегеран (к такому выводу приходят некоторые наблюдатели лишь на том основании, что в момент начала конфликта президент Туркмении находился с визитом в ИРИ).


Не стоит исключать, что официальный Ашхабад пошел на обострение конфликта с Азербайджаном, отдавая себе отчет в том, что именно от него международное сообщество в лице лоббистов транскаспийского проекта ждет конкретных шагов, связанных с началом строительства трубы. Однако Туркмения не может на это пойти не только и даже не столько в связи с отсутствием определенности правового статуса Каспия, сколько в силу отсутствия реальных объемов газа, поскольку связана обязательствами поставок «голубого топлива» Китаю, а также началом реализации Трансафганского трубопровода. Так или иначе, именно эта точка зрения получила развитие в информационном пространстве в качестве наиболее «простого» объяснения сложившейся ситуации.


В то же время предложенная логика также имеет ряд изъянов. Во всяком случае, она слабо соотносится с теми публичными заявлениями Бердымухамедова, которые все настойчивее звучат после Третьего каспийского саммита в Баку, а также фактом начала строительства трубопровода Восток-Запад, призванного соединить крупнейшие туркменские месторождения с побережьем Каспия для последующего экспорта энергоносителей в европейском направлении.


Кроме того, стоит учитывать, что в отчете BP по мировой энергетике-2012 отмечается: доказанные запасы газа Туркменистана, по итогам 2011 года, составили 24,3 триллиона кубометров, что превысило оценочные данные за 2010 год в объеме 13,4 триллиона кубометров. По данным ВР, в прошлом году в Туркменистане было добыто 59,5 миллиарда кубометров газа, что на 40,6 процентов превышает объемы 2010 года. При этом, доля Туркменистана в общемировой добыче газа в прошлом году составила 1,8 процента.


В этой связи не стоит исключать, что за действиями Ашхабада стоит желание интернационализировать не столько даже конфликт с Азербайджаном, сколько сам Каспий. Сделав море объектом внимания со стороны международных организаций под эгидой ООН (что собственно последовательно и делает Бердымухамедов), заложить основания для возможности присутствия в акватории Каспия внешних, в том числе, и вооруженных сил, отстаивающих интересы транснациональных энергетических компаний, которые ведут разработку шельфа.


Принимая же во внимание уже заявленную готовность азербайджанской и туркменской сторон - несмотря на все появляющиеся ноты протеста - продолжать ведение переговоров по спортным месторождениям, можно предположить, что уже к следующему очередному заседанию специальной рабочей группы по статусу Каспийского моря Ашхабад и Баку смогут выйти с конкретными предложениями.


И не в последнюю очередь именно они будут определять будущее проекта ТКГ.


В Ашхабаде.

Автор:

Источник : Neftegaz.RU