Пути России на новом газовом рынке | Neftegaz.RU
...

Пути России на новом газовом рынке

Природный газ уверенно выходит на второе место в мировом энергобалансе, динамика добычи такова, что нельзя исключать его первенство. Поэтому данный энергоресурс становится фактором мировой политики.

Пути России на новом газовом рынке

Природный газ уверенно выходит на второе место в мировом энергобалансе, динамика добычи такова, что нельзя исключать его первенство. Поэтому данный энергоресурс становится фактором мировой политики.

Роль и значение голубого топлива

Доказанные запасы газа (в энергетическом эквиваленте) приближаются к мировым запасам нефти, причем в РФ его в разы больше, чем жидких углеводородов, и сосредоточен он в гигантских месторождениях. К примеру, Уренгойском, втором по запасам на планете (на первом Южный Парс, Иран). Добывать газ легче, чем нефть - он сам рвется из пластов. Транспортировать сложнее и дороже: газопроводы расточительны. Пока газ добежит от Уренгоя до Ужгорода, четверть его сгорает в турбинах компрессорных станций. Но технический прогресс пришел на помощь, технология получения сжиженного природного газа (СПГ) позволяет перевозить его танкерами на любые расстояния с минимальными издержками, также как и нефть. Поэтому СПГ из Йемена везут на другой конец света в США с хорошей прибылью, хотя там и своего газа немало (в 2009 г. США по добыче вышли на первое место, опередив РФ, но весь добытый газ потребляется внутри страны).


Треть международной торговли газом идет по морю танкерами, и эта пропорция растет по мере глобализации данного рынка, который имеет тенденцию к росту. Тенденция поддерживается истощением собственных запасов в США и Западной Европе и растущим спросом со стороны новых индустриальных экономик - КНР, Индии, Южной Кореи. Никакие «Киотские договоры» газовому рынку пока не угрожают, так как это самое чистое из ископаемых топлив, удельный выброс углекислого газа при сгорании метана меньше, чем угля, нефтяных топлив (мазут, бензин, солярка) и даже дров. В быту это топливо все конкуренции. Заметим, существенный антитезис - электричество еще удобнее и безопаснее - верен только в первом приближении. Ресурсы дешевой электроэнергии, например, на основе гидроэлектростанций в большинстве развитых стран исчерпаны. Есть исключения (Норвегия, Дания), где дешевая электроэнергия с ГЭС и ВЭС доминирует в быту, включая отопление. А для большинства населения России источником электричества и тепла является газ.


Вообще, в крупных городах и густонаселенных странах атомная энергия, уголь и мазут явно проигрывают газовому топливу при генерации электричества. Газовое топливо не только обеспечивает экологичность, но и позволяет добиться очень высокого КПД преобразования тепловой энергии на серийных установках - 55-57% и более (при использовании для теплофикации). На АЭС КПД 30-35%, на лучших угольных - 40-42%, причем экологичность этих электростанций низка в сравнении с газовыми, и строительство их в городской черте сопряжено с рисками. Нефтяное топливо, в принципе, можно использовать в бинарном цикле парогазовой установки с КПД > 55%, но приведённая стоимость генерации будет минимум в пять раз выше, чем при использовании газа. Эти отвлеченные технические рассуждения важны для политэкономии, так как лежат в основе ценообразования на мировом рынке.

Существенны цифры и с точки зрения международных климатических договорённостей. При генерации 1 кВт•ч электроэнергии на угольных ТЭС образуется на 60-70% больше выбросов, чем на газовых (см. Таб.).

Показатели эмиссии при генерации электроэнергии ТЭС с использованием различных видов топлива (по данным Института угольных энерготехнологий НАН и Минтопэнерго Украины (г.Киев)

Поэтому в рамках Киото экономическая эффективность потребления природного газа еще более возрастает. Хотя новый договор не пришел на смену, существенно, что США и Китай согласились на участие в новом международном соглашении по ограничению эмиссии парниковых газов.


Газовые корпорации мировых экономических лидеров прилагают всё возрастающие усилия по освоению новых источников голубого топлива. Китай протянул газопровод из Туркмении, США расширили закупки СПГ в Катаре, начали импорт из Йемена, инвестируют в громадный международный проект по добыче и сжижению природного газа в Новой Гвинее (и одновременно снизили внутренние цены на газ, увеличив спрос и добычу, в том числе нетрадиционного газа). Бесспорно, это эффективная энергетическая политика. Снизив цены и увеличив внутреннее потребление газа, США сдерживают цены на импортную нефть, так как газ заменяет нефтяные дистилляты в качестве топлива, одновременно сдерживают инфляцию и стимулируют реальное производство, которое выросло в 2010-2011 гг. Очень важно, что рост добычи в США достигнут за счет сланцевого газа, то есть получение углеводородов организовано на новой технологической и ресурсной базе.


А у нас в квартире газ. А у Вас?

Рынок газа в среднесрочной перспективе (10-20 лет) будет развиваться под действием двух тенденций. Для развитых экономик Запада важное значение имеет максимальное снижение цен на углеводороды - в обеспечение экономической стабильности и независимости. Однако роста потребления природного газа в ближайшие годы по этой группе стран (Европа, Северная Америка) не прогнозируется. По данным Международного энергетического агентства (IEA), 90% роста потребления энергии (энергоносителей) в ближайшие годы придется на Индию и Китай.


Чтобы упрочить свои позиции на газовом рынке, Россия вкладывает большие средства в расширение мощностей по добыче и транспортировке природного газа, и самое время позаботиться о перспективах сбыта и рентабельности экспорта.


В 2010 г. стратегия наращивания добычи имела успех на фоне оживления мировой экономики. Добыча газа возросла до 650 млрд. м³, заметно увеличились доходы от экспорта. В 2011 г. конъюнктуру подогрела авария на АЭС «Фукусима», настроившая общественное мнение против атомной энергетики. Но этот фактор преходящий: Финляндия, Литва, Корея и Турция приняли решения о строительстве новых АЭС, Китай программу развития атомной энергетики вообще не корректировал и продолжает сооружение новых реакторов. В сущности, нервно на аварию в Японии прореагировала лишь Германия, заявив о ликвидации старых АЭС.


Куда важнее для прогнозов потребления топлива и цен европейский финансовый кризис, явно угрожающий стагнацией в экономике. Но Газпром и Минэнерго продолжают курс на наращивание добычи. Так, Минэнерго прогнозирует рост добычи газа к 2020 г. до 850 млрд. м³, что потребует инвестиций в такие затратные регионы, как Ямал и Арктический шельф (Штокмановское месторождение).


Стратегия Газпрома очень проста: расширять мощности по транспортированию на внешнем рынке и добыче газа. Первое место в мире по запасам газа - это необходимое условие для масштабного экспорта, но недостаточное для ведения успешного бизнеса. Расширение газотранспортных мощностей может автоматически действовать в сторону понижения цен на газ, что, в свою очередь, тянет вниз цены на нефть. А падение мировых цен на топливо, в свою очередь, вызывает тенденцию к уменьшению цен на металлы - ещё одну важную статью российского экспорта. В условиях рынка эффект носит характер мультипликатора: при таком сценарии конкурентоспособность отечественной металлургии снижается очень резко, так как у конкурентов - Китая (каждая третья труба в мире - китайская), Индии, Бразилии производственные издержки падают.


Уходим на дно

Есть и более «близкие» примеры влияния газовых цен на экономику. Поставки дешевого газа на Украину обеспечивали украинским производителям стали и азотных удобрений хорошую прибыльность. Поскольку Россия также поставляла эти товары на экспорт, фактически соседи получили часть нашего внешнего рынка, а по стальному прокату теснили и на внутреннем. Но враждебность нарастала именно в газовой сфере.


После газовых конфликтов с Украиной Россия решила уйти от «ненадежного транзитера» морским, точнее подводным путем. Оказалось, правда, что по новым международным соглашениям морское дно поделено между прибрежными государствами, и даром никто из них газовую трубу через свои акватории не пропустит. Обеспечение таких договоренностей стало на несколько лет главной внешнеполитической задачей России. Претензии некоторых затронутых проектом стран вроде Финляндии, явно выходили за пределы торга, носили унизительный для РФ характер и напоминали шантаж. Только экологическая экспертиза обошлась в 100 млн. долларов в порядке предпроектной проработки «Северного потока».


К сожалению, экология не относится к точным наукам, и базировать на ней серьезные экономические проекты рискованно. У экологов постоянно находятся новые тревожные результаты исследований, которые с большой озабоченностью воспринимаются общественностью и правительствами соответствующих стран. С точки зрения бизнеса лучше иметь стабильную, хоть и дорогую систему платежей за транзит, чем зависеть от экологических веяний.


В ноябре 2011 г. «Северный поток» был официально принят в эксплуатацию. Но как заставить европейцев покупать дополнительно 50-60 млрд. м³ газа для полноценной загрузки и быстрой окупаемости подводной трубы, неясно. Переориентировать украинский газовый транзит на Балтику нельзя, так как это противоречит договорам с Украиной и другими, уже европейскими транзитерами. Словом, подводный выход из украинского газового коридора трудно считать однозначно выгодным.

Роль Евразийского Союза

Форум стран-экспортёров газа пока не смог преобразоваться в картель, то есть организации, которая координировала бы действия газовых производителей (по типу ОПЕК), нет. Среднеазиатский газовый гигант - Туркмения, уже не партнер, как в 90-е годы, а конкурент.


Третье место на планете по запасам природного газа занимает Катар. Эта маленькая страна с умопомрачительным уровнем жизни коренного населения экспортирует сжиженный газ и продукты газохимии. Вывоз идет морским путем - никаких проблем с транзитёрами, доставка в любую точку планеты. Газового сотрудничества с этой страной нет, межгосударственные отношения подмочены в результате ликвидации международного террориста сотрудниками российских спецслужб, которых с трудом удалось извлечь из катарской тюрьмы. На втором месте по ресурсам газа Иран. Отношения с Исламской республикой также не ладятся по инициативе российской стороны, отказавшейся поставлять заказанную и оплаченную систему ПВО и дистанцирующейся от ситуации вокруг изоляции Ирана.


В 2009 г. Россия, Белоруссия и Казахстан заключили таможенный союз, и перспективные проекты следует развивать в этом экономическом пространстве, которое в 2011 г. стало новым межгосударственным объединением. Возможности его именно в энергетической сфере огромны. Казахстан не уступает России по запасам минерального топлива (нефть, газ, уголь, уран). Урана - в 4 раза больше, чем в России, причем основные месторождения в активной разработке, они были главной сырьевой базой советской атомной промышленности. Объединенные энергоресурсы РФ и Казахстана действительно являются важным фактором мирового рынка, а Белоруссия - это сухопутное окно в Европу.


Можно вспомнить опыт Советского Союза по организации межгосударственных поставок углеводородов. Очень поучительным было сотрудничество в газовой отрасли. Тегеран снабжал природным газом советские республики Закавказья. Эквивалентное количество газа СССР поставлял в Западную Европу по своей сети газопроводов. Доходы делили по-честному. Такого уровня сотрудничества мы способны достичь с дружественным Казахстаном, где географические и экономические условия этому способствуют. С чисто коммерческой точки зрения Казахстану такое сотрудничество выгоднее, чем участие в «Набукко», хотя бы потому, что имеется возможность задействовать газопроводы, по которым шла транспортировка туркменского газа в Европу.


Есть неплохой технологический задел в газовой сфере. Газоконденсатные месторождения казахского Прикаспия (Карачаганак и др.) сложны в разработке по геологическим условиям и химсоставу. Аналогичные составы были освоены в Астраханской и Оренбургской областях, построены газохимические комплексы, накоплен опыт эксплуатации. Имелись и проектные разработки таких же объектов газодобычи в Казахстане.


Созданы юридические условия для взаимодействия в рамках Таможенного Союза. Партнёры по ЕвразЭС могут разработать планы совместной поставки углеводородов через белорусский транспортный коридор в европейские страны. Это очень актуально именно из-за позиции Украины по транзиту и попыток вовлечь Казахстан в проект «Набукко». Газотранспортная система Белоруссии полностью выкуплена Газпромом, а строительство новых газо- и нефтепроводов обеспечено договорами по единому экономическому пространству. России просто необходимы союзники на рынке углеводородов, к тому же крупные совместные проекты наших стран дают шанс российским производителям нефтегазового оборудования восстановить свои позиции в Казахстане, где благодаря таможенному союзу они имеют определенные ценовые преимущества перед конкурентами.


Хотя сама идея совместного выхода трех республик на газовый рынок представляется чересчур смелой, в сложившейся ситуации нет иной возможности активно влиять на газовый рынок, на котором идет игра на понижение цен.

Автор: Энерджилэнд

Источник : Neftegaz.RU