Жирная нефтегазовая синица в облаках | Neftegaz.RU
...

Жирная нефтегазовая синица в облаках

Жителям Приангарья уже порядком поднадоели заверения властей о предстоящем «вот-вот» блестящем нефтегазовом будущем региона, о «богатстве наших недр» и так далее. Фактически с середины 90-х годов мечта «стать новым Кувейтом» стала в основом политической разменной монетой, служащей для стабилизации общественных настроений.

Жителям Приангарья уже порядком поднадоели заверения властей о предстоящем «вот-вот» блестящем нефтегазовом будущем региона, о «богатстве наших недр» и так далее. Фактически с середины 90-х годов мечта «стать новым Кувейтом» стала в основом политической разменной монетой, служащей для стабилизации общественных настроений. Но, с точки зрения обывателя, даже весьма продвинутого, меняются лишь опорные слова: если раньше с придыханием произнослось слово «Ковыкта», то теперь с неменьшим придыханием - слово «кластер» (см., например, недавнее выступление академика Конторовича). Журавль как был в небе - так в нем и остается?


Новые люди в областном правительстве - Максим Безрядин, Руслан Ким - люди молодые, они явно считают для себя зазорным просто отделываться общими словами на тему «безграничных нефтегазовых богатств». Ориентированная на них аудитория хотела бы большей конкретики: как, когда и при каких условиях распечатанные нефтегазовые богатства начнут живительно сказываться на состоянии экономики региона (а наиболее дерзкие предприниматели, надо полагать, не прочь бы и поучаствовать в процессе - хотя бы на правах поставщиков и подрядчиков, если уж до собственно подземных залежей федеральные элиты никого никогда не допустят). На недавней встрече с журналистами Максим Васильевич и Руслан Эдуардович постарались максимально подробно поделиться информацией о перспективах региональных углеводородов. Из нарисованной министрами промышленного блока картины отчетливо следует: жирная нефтегазовая синица - вот она, рядом, рукой подать. В облаках.


Как сообщил Руслан Ким, в настоящее время проводится углубленный анализ макроэкономической ситуации отдельно по каждому муниципалитету с тем, чтобы оценить потенциал территорий. Впрочем, какие бы новые векторы развития муниципалитетов ни открывались, основа экономического благополучия Иркутской области остается неизменной - нефтедобыча и переработка, алюминиевая промышленность, машиностроение, лесная отрасль и т.д. Опорными по-прежнему являются 25 крупнейших предприятий, приносящими в консолидированный бюджет Иркутской области 50% налоговых поступлений.


Как считают руководители «промышленного блока» в областном правительстве, расхожее мнение о том, что по многим параметрам экономика Приангарья уступает соседним регионам, является субъективным, ошибочным и не подтверждается цифрами.


- Конечно, нельзя сказать, что экономика Приангарья находится в очень устойчивом положении, но то, что она не в состоянии падения - это абсолютно точно, - считает Максим Безрядин. Подтверждением тому - рост (на 6-7% в год) объема валового регионального продукта, который выше, чем в среднем по России.


Чтобы не только закрепить результат, но и выйти на новый уровень, региональным правительством взят курс на формирование трех крупных промышленных кластеров: нефтегазохимического, химико-фармацевтического и кластера глубокой лесопереработки.


Говоря об «опорных точках», Максим Безрядин напомнил, что на территории Иркутской области действует несколько нефтедобывающих предприятий, кроме того, есть и ряд намеревающихся заниматься газодобычей. Но если с первым направлением вопросов не возникает, относительно второго ситуация достаточно непростая.


- Что делать с нефтью в Иркутской области - понятно: приходит геологоразведка, ставятся запасы на баланс, считается экономика, бурятся скважины, строится трубопровод... Все. Что делать с газом - об этом говорится лет 20, но единого понимания в этом вопросе нет, - констатирует Максим Безрядин. - Чтобы разрабатывать газовое месторождение, необходимо создавать сразу всю инфраструктуру целиком - от скважины до потребителя, конкретного газохимического завода, куда этот газ будет поставляться. Иначе невозможно. Или все сразу строить - или ничего. Это нефть можно дискретно перемещать - возить в автоцистернах, например. С газом так не получится.


Кроме того, как считает Максим Безрядин, и добыча газа, и газохимия должны развиваться комплексно: «Мы не можем себе позволить просто сжигать тот газ, который у нас есть. Потому что из него можно извлечь массу полезных вещей».


«Газ у нас не уникальный, но он очень хороший, - добавляет Руслан Ким. - Есть такое понятие - «жирный газ» (много фракций), который нужно разделять, а значит, необходимо развивать газохимию».


Как поясняет Максим Безрядин, реализовать газовый проект силами какой-то одной частной компании невозможно - слишком велики и неподьемны затраты на создание инфраструктуры (трубопроводный транспорт, обеспечение электроэнергетики и т.д.):

- Частным компаниям, для того, чтобы объединиться и вместе делать инфраструктуру, нужно договариваться, процесс это длительный и сложный, интересы у всех разные. Поэтому наиболее эффективный путь развития для таких отраслей - это государственно-частное партнерство, при котором государство вкладывается в создание инфраструктуры. Так что для того, чтобы реализовать газовый потенциал нашего региона, нужно принять решение по инфраструктуре. А это возможно только на государственном уровне. К слову, было государственное решение и по строительству ВСТО, и по освоению Талаканского нефтяного месторождения.


Говоря о роли региональной власти в продвижении газового проекта, Максим Безрядин подчеркивает, что возможности влиять на процесс есть, хоть они и ограничены:


- От нас зависит информационное и лоббистское наполнение этого процесса. Мы должны четко обозначить позицию правительства Иркутской области, наших граждан, заявить о желании и готовности реализовать эти планы в рамках наших возможностей и компетенции. Кроме того, обеспечить поддержку проекту всеми возможными способами, включая предоставление налоговых и иных преференций для предприятий. Это могут быть как льготы по налогу на прибыль, налогу на имущество, лоббирование таможенных льгот на федеральном уровне.


Руслан Ким напомнил, что в Иркутской области налоговые преференции предоставляются не только предприятиям, работающим в нефтяной отрасли. «Для газохимического комплекса тоже обеспечены льготы, - подчеркнул Руслан Ким. - Мы прилагаем максимум усилий к тому, чтобы придать импульс процессам освоения газовых месторождений».


Кстати, по словам Руслана Кима, в 2011 году нефтедобывающие предприятия, действующие в Иркутской области (и пользующиеся льготами), заплатили 5,7 млрд. рублей налогов. «В 2012 году мы ожидаем 10 млрд. рублей налогов от этой отрасли», - сообщил Руслан Ким.

Пока региональные власти в диалоге с федеральным центром лишь схематично обозначили свои «чаяния, надежды и желания» относительно создания условий, привлекательных для ведения газодобычи в Приангарье. В частности, правительство Иркутской области выступает за снижение ставки по НДПИ на газ. «На уровне федерального центра мы обозначили потребность в нулевой ставке по этому налогу для газодобычи, - сообщил Руслан Ким. - Кроме того, мы зафиксировали свою позицию относительно необходимости снижения таможенных пошлин на газ».


Максим Безрядин на примере Чаяндинского (Якутия) и Ковыктинского месторождений напомнил о том, как важна своевременная поддержка таких проектов органами власти. То, что из двух этих месторождений для освоения было выбрано Чаяндинское (при том, что газ Ковыкты более доступен для извлечения) - результат умелых лоббистских усилий наших соседей, считает зампред правительства области. «Ковыкта была более подготовлена к большим поставкам газа - как на внутренний, так и на внешний рынок. Но Иркутская область упустила время, и федеральный центр принял решение по Чаянде, хотя это более сложное для разработки месторождение - там гигантская нефтяная оторочка. И, прежде чем приступить к добыче газа как основного сырья, нужно забрать нефть. А там ее как минимум 50 млн. тонн. Разработка этих запасов займет лет 10-15. А на Ковыкте хоть сейчас начинай добывать газ - ничто этому не мешает», - поясняет Максим Безрядин.


Четкой согласованной позиции по развитию газовой отрасли в регионе нет пока ни у органов власти, ни у субъектов экономической деятельности. Отсюда - необходимость корректировки Программа газификации Иркутской области (которая, к слову, так и не стала реально действующим документом).


- У нас сложилась парадоксальная ситуация: как правило, частный сектор бизнеса более мобилен, чем государственные органы. А у нас получается наоборот - правительство области готово двигаться более активно в направлении газификации. Газпром тоже готов - но в своем ритме. Поэтому программа существует, но требует приведения в соответствие с реальными сроками и действиями участников, - сообщил Максим Безрядин. - Губернатор поручил мне разобраться с программой, и я постараюсь сделать так, чтобы она была откорректирована с учетом как наших действий, так и планов Газпрома.


Комментируя тему необходимости развития глубокой переработки сырья, Максим Безрядин напомнил, что с точки зрения рыночной конъюнктуры не все так просто и не всегда выгодно:

- Давайте шире посмотрим на переработку. Если рассматривать все переделы, то это может быть так: сначала просто нефть, затем первый ее передел - топливо (бензин); следующий передел - продукция пластмассы; далее - к примеру, лекарство или какая-то электроника на основе пластмасс. Вот они, 4-5 переделов нефти. При этом для сбыта просто нефти (сырья) рынок наиболее массовый. Мы нефть можем продать кому угодно. Она - универсальный продукт. При реализации нефтепродукта (первый передел) уже есть ограничения - тот же бензин мы не можем продать кому угодно: в разных странах требования разные, китайцы что-то согласны брать из наших нефтепродуктов, а что-то им не надо. В Европу мы можем отправить только евро-4, евро-5. Следующий передел - рынок еще более узкий, сегментированный. И чтобы на этом рынке выживать, надо обладать большим объемом знаний и скоростью принятия решений. Вот именно эти задачи нам и надо сегодня решать.


- Сейчас наш регион в экономическом плане переживает «разгонный» этап, - считает Максим Безрядин. - Некоторых отраслей еще десять лет назад в регионе просто не было - например, нефтегазовой. Но останавливаться нельзя - нужен новый импульс - в переработке нефти и газа, в развитии смежных отраслей и инфраструктуры.


Как считают в региональном правительстве, помочь в этом вопросе может грамотное использование научного потенциала, которым обладает наш регион.


- Иркутский научный центр Сибирского отделения Академии наук, наши институты, университеты - это все реальное конкурентное преимущество Иркутской области, - считает Максим Безрядин. - Проблема в том, что наука и практика у нас существуют в разных плоскостях. Совместить их будет одной из задач правительства области. Мы однозначно вместе с учеными будем заниматься нефтью и газом - как в плане геологоразведки, так и по развитию переработки.

Автор: Иркутская торговая газета

Источник : Neftegaz.RU