Интервью Николая Шестакова, Директора по высокотехнологичным решениям и консалтингу ЗАО "Хоневелл" | Neftegaz.RU
...

Интервью Николая Шестакова, Директора по высокотехнологичным решениям и консалтингу ЗАО "Хоневелл"

Николай Шестаков: Honeywell сотрудничает практически со всеми крупнейшими компаниями нефтегазовой отрасли России - это "Лукойл", "Газпром", "Газпром нефть", "Роснефть", "Сургетнефтегаз", ТНК-ВР. Для них мы предлагаем решения всей вертикали автоматизации предприятия: полевые контрольно-измерительные приборы, распределенные системы управления, высокотехнологичные решения - Advanced Solutions (специальные программные комплексы и системы автоматизации управления предприятиями) вплоть до уровня ERP-систем. Если говорить о том, что пользуется наибольшим спросом, то активно идут внедрения Honeywell Experion Process Knowledge System - это распределенная система автоматизированного управления технологическими процессами предприятий.

Интервью Николая Шестакова, Директора по высокотехнологичным решениям и консалтингу ЗАО "Хоневелл"

Скажите, пожалуйста, с какими компаниями нефтегазовой отрасли работает Honeywell? Какая технология из линейки тех, что представляет компания, пользуется у них наибольшей востребованностью?

Николай Шестаков: Honeywell сотрудничает практически со всеми крупнейшими компаниями нефтегазовой отрасли России - это "Лукойл", "Газпром", "Газпром нефть", "Роснефть", "Сургетнефтегаз", ТНК-ВР. Для них мы предлагаем решения всей вертикали автоматизации предприятия: полевые контрольно-измерительные приборы, распределенные системы управления, высокотехнологичные решения - Advanced Solutions (специальные программные комплексы и системы автоматизации управления предприятиями) вплоть до уровня ERP-систем. Если говорить о том, что пользуется наибольшим спросом, то активно идут внедрения Honeywell Experion Process Knowledge System - это распределенная система автоматизированного управления технологическими процессами предприятий. Такие решения используются в нефтеперерабатывающей, нефтедобывающей, нефтехимической, целлюлозно-бумажной и других отраслях промышленности. Также достаточно востребованы компьютерные тренажеры для обучения операторов и инженеров технологических процессов, системы оптимизационного планирования предприятий, системы оптимизации рецептур смешения товарных нефтепродуктов. Кроме того, в последнее время российские предприятия стали довольно активно интересоваться решениями Advanced Process Control - усовершенствованными системами управления технологическими процессами. Также относительно недавно стали внедряться системы MES (Manufacturing Execution System) - системы оперативного управления предприятиями и производствами.

При покупке российской компании "Петроком" говорилось, что она специализируется на разработках тренажерного оборудования. Можно ли поподробнее рассказать о компьютерных тренажерных системах для нефтяных платформ? Необходимы ли их новые конструкции при будущем освоении шельфа России?

Николай Шестаков: Действительно, одним из ключевых направлений деятельности "Петрокома" была разработка компьютерных тренажеров для обучения операторов потенциально опасных технологических объектов. В период с 1992 по 2005 "Петроком" создал и внедрил более 100 тренажеров на 25 технологических площадках в России и за рубежом. Но тренажеры - это та сфера, которая в последние десятилетия активно развивалась и самой корпорацией Honeywell. В том же 2005 году Honeywell приобрел тренажерный бизнес компании Aspen Technology, став таким образом "номером один" в мировом тренажеростроении по очень широкому спектру технологических процессов, в том числе, и для нефтяных платформ. Сейчас "Петроком" стал частью семьи Honeywell, получив тем самым доступ к ее огромному тренажерному опыту. Нефтяные платформы не предъявляют специфических конструктивных требований к тренажерам, однако тренажеры значительно более важны для платформ, чем для других предприятий, поскольку здесь должна быть обеспечена высочайшая степень промышленной безопасности. Вот почему на нефтяных платформах как нигде необходимо внедрение тренажеров на ранних стадиях жизненного цикла предприятия - в идеале, до пуска технологии и системы управления.

Сильно ли изменились технологии автоматизации, учета и контроля запасов в отрасли за последние несколько лет, либо до сих пор используются старые наработки?

Николай Шестаков: Подсчет и контроль запасов нефтяных месторождений во многом определяется качеством моделирования пластов. Методы математического моделирования претерпевали в последние годы скорее эволюционное, чем революционное развитие. Теория моделирования нефтяных месторождений была разработана десятки лет назад, и основополагающие принципы остались прежними. Меняются только качественные характеристики подсчета и контроля запасов, и эти изменения идут параллельно с развитием математики и вычислительной техники. Высокопроизводительные компьютерные системы позволяют более точно осуществлять оценку и учет запасов нефтяных месторождений. Если говорить об автоматизации процесса контроля запасов в процессе разработки месторождения, то здесь, по-видимому, речь должна идти о совершенствовании и обновлении постоянно действующих моделей пластов для повышения достоверности расчетов.

Какие технологии следует ожидать в ближайшее время в сфере автоматизации процессов в сфере НГК? Каково будет основное их направление?

Николай Шестаков: Полагаю, что в ближайшее время все активнее будут развиваться беспроводные технологии, и Honeywell вкладывает большое количество ресурсов в исследования и разработки в данном направлении. У Honeywell есть большая линейка специальных беспроводных датчиков и контроллеров, которые могут осуществлять управление производственными процессами в неблагоприятных условиях и средах и служат для контроля, в том числе, коррозийных процессов. Такие данные дают персоналу, обслуживающему производство, возможность провести предупредительные мероприятия и не допустить аварийных ситуаций. Поскольку все предприятия заинтересованы в эффективном и безопасном развитии своего бизнеса, они обращаются к специальным компьютерным системам, которые позволяют вести диагностику оборудования, и проводить планово-предупредительные работы.
Еще одно перспективное направление, которое все больше и больше завоевывает внимание нефтяных компаний - это моделирование технологических процессов. И в этом отношении Honeywell имеет большой опыт: Наше решение UniSim позволяет проектировать и тестировать новые процессы в режиме автономной работы, а также обучать сотрудников перед непосредственным внедрением процесса в работу предприятия. Принципиальная задача использования технологий математического моделирования сегодня - это не просто улучшение работы отдельных установок, а предоставление возможности комплексно посмотреть на технологические процессы предприятия. Это - моделирование продуктивных пластов месторождения, построения моделей промысловых сетей и систем наземного обустройства, разработка экономико-математических моделей для автоматизированного управления нефтегазодо-бывающим предприятием. Для того чтобы обеспечить согласованность всех этих моделей, необходимо решение большого количества математических, информационных и чисто инженерных задач, и в этом направлении отрасль постепенно и начинает двигаться.

В последнее время все большее значение приобретает рынок СПГ. Каких технологий требует переход от природного газа к СПГ в плане управления его запасами?

Николай Шестаков: Прежде всего, стоит отметить, что СПГ - это прежде всего форма транспортировки природного газа, когда его сжижают и поставляют не по трубам, а транспортируют в специализированных цистернах, и здесь сложно говорить о каком-то переходе. Россия является аутсайдером на мировом рынке сжиженного природного газа. Исторически сложилось так, что Россия всегда поставляла свои продукты по трубам. У США и стран Юго-Восточной Азии, которые лишены таких транспортных возможностей, есть альтернатива поставки газа по трубам - это сжижение и транспортировка газа на танкерах. В последнее время Россия начала применять данную технологию транспортировки (проект "Сахалин-2", Штокмановское месторождение). Сжижение газа является более дорогостоящим процессом, однако транспортировка с помощью танкеров является существенно менее затратной, нежели транспортировка по трубопроводам. К тому же при сжижении газов возможна его первичная обработка, разделение газа по фракциям. Например, широкая фракция легких углеводородов, так называемая ШФЛУ, - это один из основных сырьевых источников для нефтехимии. Что касается роли Honeywell в автоматизации процессов первичной переработки, сжижения и транспортировки газов - мы здесь являемся бесспорным лидером. Технологии автоматизации Honeywell применяются в производствах по сжижению газа: от автоматизации самих установок и до разработки и внедрения специализированных компьютерных систем, которые позволяют оптимизировать транспортную логистику. Например, мы работаем на двух больших проектах, которые ведутся в данный момент на Ближнем Востоке: RasGas и Dolphin.

Как вы можете оценить степень автоматизации технологических процессов в российских компаниях?

Николай Шестаков: Степень автоматизации российских нефтеперерабатывающих заводов я бы оценил как чуть ниже среднего. Приблизительно от 40 до 80% установок оснащены распределенными системами управления, которые обеспечивают базовый уровень автоматизации. Что качается усовершенствованного управления, то здесь, к сожалению, дела обстоят гораздо хуже. В частности, полномасштабные системы Advanced Process Control применяется пока только на двух заводах в России: Рязанском нефтеперерабатывающем заводе компании ТНК-ВР и Киришинефтеоргсинтез компании "Сургутнефтегаз". Сейчас мы ведем работу в НОРСИ, это завод компании "Лукойл" в Нижегородской области. Хотя мы и существенно отстаем по объемам и темпам внедрения этих технологий от США и стран Западной Европы , тем не менее, они востребованы, и основной рост их внедрения мы ожидаем в ближайшие годы.
Что касается систем оперативного управления, MESсистем, - в этом сегменте предстоит достаточно много работы. Те MES-системы, которые установлены сейчас на российских заводах, представляют собой, как правило, некий набор систем различных поставщиков, которые выполняют локальные функции и, как правило, не интегрированы в единую систему. Пока я, пожалуй, не могу назвать ни одного российского завода, на котором была бы внедрена полноценная MES-система.
Если степень автоматизации в нефтепереработке можно оценить как немного ниже среднего, то уровень автоматизации российской нефтедобычи существенно ниже среднего. Такое положение осталось со времен Советского Союза, когда все делалось очень быстрыми темпами и развитие отрасли велось экстенсивными методами. Можно выделить два направления, где автоматизация будет совершенствоваться в первую очередь. Первое - это морские платформы, где должно быть автоматизировано управление технологическими устройствами, внедрена MES-система, использоваться удаленная диагностика оборудования и т.п. И второе направление - это нефтегазоконденсатные месторождения, где уже на этапе добычи разделяется продукция скважин по фракциям: нефть, конденсат и газ. Фактически, на месторождениях используются технологии, присущие нефтепереработке, что делает востребованными решения по автоматизации, применяемые на нефтеперерабатывающих предприятиях. Такая работа уже проводится.

Источник : Neftegaz.RU