Есть ли у акционеров ЮКОСа шансы выиграть у России в Европейском суде по правам человека? Будет ли решение Страсбурга точкой в деле ЮКОСа или за ним последуют другие суды? Прогноз финансового аналитика Андрея Сотника.
- Многие эксперты говорят о перспективах акционеров ЮКОСа в Страсбурге скептически. Прежде всего, потому, что компания уже ликвидирована. О чем вроде бы теперь говорить?
- Да. Я слышал эти аргументы, в том числе от бывшего главного юриста ЮКОСа Дмитрия Гололобова, который сформулировал их в своей статье на сайте Радио Свобода. И категорически не согласен с этой позицией. С экономической точки зрения она ущербна. Международные хозяйственные структуры типа ЮКОСа - это единые механизмы, где каждая часть, находящаяся в той или иной юрисдикции, есть элемент целого. А это значит, что ликвидацию российской части ЮКОСа нужно было проводить корректно. То есть с учетом интересов всех остальных подразделений этой сложной интернациональной корпорации, которые в цивилизованную процедуру банкротства еще не вступали. Но если российское право допускает изолированное банкротство какой-то одной национальной составной части такой корпорации, то это лишь свидетельствует о том, что до норм цивилизованного права нам очень и очень далеко. Российские следователи вообще предпочитают "не замечать", что делают их западные коллеги даже по тем делам, которые они сами расследуют.
- Есть примеры, связанные с ЮКОСом?
- Возьмем обвинения экс-владельцев и топ-менеджеров ЮКОСа в присвоении имущества и активов компании "Томскнефть-ВНК". Они основаны на свидетельских показаниях ряда россиян, связанных как с прежним руководством "Томснефти", так и с австрийской фирмой East Petroleum Handelsges. mbH (регистрационный номер FN 129864b). Между тем в австрийском арбитражном суде уже много лет (дело багамской фирмы Liddell Investment против австрийской East Petroleum Handelsges. M.b.H) лежат исчерпывающие документальные доказательства перехода права собственности на акции "Томскнефть-ВНК" через ряд мировых офшоров к россиянам, включая ряд руководителей этой австрийской фирмы. В австрийском же суде лежат доказательства того, что платежи за акции компании "Томскнефть-ВНК" была произведены через счета в отделении французского BNP в Цюрихе, американского Bankers Trust, женевского United European Bank, отделение Barclays Bank Plc в Дублине и др. русскими, не имевшими никакого отношения к менеджменту ЮКОСа! Кто-нибудь из российских следователей изучал эти документы?
- Еще один аргумент скептиков - это якобы неуспешность адвокатской команды ЮКОСа в других судебных процессах.
- Суд в Страсбурге это всего лишь одно из звеньев общей - весьма продуманной - концепции защиты, которую выстраивают зарубежные юристы, представляющие интересы акционеров ЮКОСа. Эта команда уже имеет в своем активе победы в процессах по частным искам, которые были поданы в суды Кипра, Швейцарии, Голландии, Соединенных Штатов, Эстонии и ряда других стран. Думаю, что мы станем свидетелями того, как на деле выглядит цивилизованное правосудие, которое опирается на все ранее вынесенные решения западных судов в ряде иных юрисдикций. Такай практики в России мы до сих пор не наблюдали.
- Можно ли, в таком случае надеяться, что решение Страсбургского суда окажется истиной в последней инстанции?
- В последней инстанции? Наверняка нет. Я думаю, что решения Страсбургского суда могут послужить основой для целой серии последующих исков в иные зарубежные суды.
- И наконец - сумма. Те, кто не верит в благоприятный для ЮКОСа исход дела, говорят, что размер затребованной компенсации беспрецедентен. Насколько реалистичны претензии акционеров ЮКОСа?
- Я бы обратил внимание на то, что скверно организованный процесс банкротства российской части мирового холдинга может рассматриваться остальным миром как экспроприация. Санкции за этот – по сути, государственный - рэкет по нормами международного права, могут быть втрое больше суммы нанесенного ущерба. И, кстати, нет никакой загадки в том, кто именно - в случае положительного для ЮКОСа решения - будет выплачивать компенсации. Для западного права аксиоматично - выплачивать будет бенефициар, т.е. тот, кто заработал на экспроприации (получил ли деньгами, дворцами, продвижением по служебной лестнице или увеличенной долей в нефтеэкспорте - без разницы). Можно предположить, что эти бенефициары - ряд физических и юридических лиц, включая самый что ни на есть "топ-топ" российского государственного и негосударственного менеджмента. Я убежден, что суду в Страсбурге будут представлены документальные доказательства относительно того, кто и какие капиталы (или другие блага) "заработал" на разорении ЮКОСа. Причем, уверен, что компании и частные лица окажутся не только российскими.
