Если критерием стабильности является отсутствие массового протеста, то Россия выглядит спокойнее, чем Франция либо Италия. А потому есть основания предполагать, что российской власти удастся себя воспроизвести в 2011—2012 годах. Тем более что на самосохранение российской системы работает целый ряд факторов.
Пока сторонники российского президента Дмитрия Медведева подталкивают его к тому, чтобы во властвующем тандеме он выдвигался на главную роль, многие политические эксперты все больше сходятся во мнении, что независимо от того, кто станет президентом в 2012 году, путь к президентскому креслу по-прежнему начинается из кабинета премьер-министра Владимира Путина.
После подлинных и мнимых грехов 90-х в 2000-е годы в два приема – сначала ради искоренения медийных олигархов, а потом ради единства рядов в контртеррористической войне – произошло огосударствление "федеральной" телеинформации. Журналистские темы, а с ними вся жизнь, окончательно поделились на проходимые по ТВ и непроходимые по ТВ.
Михалков написал Манифест, как нам обустроить Россию. Он получился в несколько раз длиннее, чем осенний Манифест президента Медведева на ту же тему (“Вперёд, Россия!”. 2009), но выглядит тоже очень хорошо. Манифест Михалкова (по стилю, по содержанию) — предвыборная программа, больше ничего. Похоже, в Кремле решили создать еще одну псевдопартию. Значит, дадут денег.
Я понимаю существующую властную элиту России – они повзрослели во время, когда изменения были опасными. Если сегодня над головой не капает, они не беспокоятся о том, что скоро закапает. Они считают, что нефтегазовый запас прочности бесконечен, и никаких реальных реформ можно не проводить, а только делать вид для телевизионной картинки.
Однажды Кепку снять задумала Глава И, мыслила, на то имела все права: Носить по двадцать лет все то же нет резону, Порою хочется одеться по сезону. И так трясет, и сяк — ан Кепка приросла До полного родства!
20 сентября 2010 г., 12:11Дмитрий БыковНовая газета0
Леонид Радзиховский в двух недавних постах на «Эхе Москвы» предсказал России два наиболее вероятных сценария развития: первый — свободные выборы с гарантированной победой радикальных националистов, второй — победа тех же националистов в результате революции, после долгого стагнационного гниения, начало которого мы наблюдаем уже лет пять, кабы не десять.
02 сентября 2010 г., 12:26Дмитрий БыковНовая Газета0
Заткнитесь проклятые злопыхатели, делающие пиар и саморекламу на природной катастрофе, которой Родина наша не видела за последнюю тысячу лет наблюдений. По крайней мере, специально уполномоченные историки упоминаний о таком бедствии в летописях не нашли.
Нельзя, конечно, сказать, что вожди, вылезая из кондиционированных помещений, самолетов и лимузинов, вдали и вблизи от пепелищ, публично не скорбят, не утешают, не раздают казённые деньги пострадавшим, не гневаются на нерадивых подчинённых. Однако, имитация роли отцов нации не имеет никакого отношения к компетентности и управленческой эффективности.
Ведомства оставили миллионы сограждан без присмотра. Сайт МЧС не озадачился вывесить карту пожаров с ежедневными прогнозами по их распространению. РЖД не стало обременять себя громкими объявлениями на вокзалах о пожароопасных зонах…
06 августа 2010 г., 11:55Наталья ЧерноваНовая Газета0
На минувшей неделе в России произошли и другие важные события, каждого из которых в тихих Европах хватило бы на отставку правительства, роспуск парламента, отречение королев и продолжительное буйство застоявшихся СМИ. У нас – тишь. Разве что изредка слышен шлепок. Это самые смелые мухи бьются о стекло суверенной демократии.
Что имел в виду Вольтер, утверждая, что религия существует с тех пор, как первый лицемер встретил первого дурака? Что религия – это вид древней власти, позволяющей одним манипулировать другими. И, понятное дело, автор «Кандида» не был бы столь резок, если бы те, кто манипулирует, не манипулировали бы практически всегда в пользу власть предержащих.
Я считаю, что «дело «Юкоса» стало устойчивым фразеологизмом в русском языке, как «собака на сене». Когда говорим про «собаку на сене», мы всерьез не обсуждаем ни собаку, ни сено. Вот и я буду говорить о «деле «Юкоса», и за исключением, может быть, пары фраз, не говоря ни про «Юкос», ни про дело.
Война – тяжкое испытание для всей нации. Жестокой и неумолимой проверке подвергаются многие государственные конструкции. Не хочется вновь поминать столбовой сортир путинского возмездия, уж больно затрепана великая цитата. Но нельзя не подчеркнуть, что страна так и не получила более внятного объяснения стратегии и тактики, которых намерены придерживаться наши Вооруженные силы и правоохранительные органы для того, чтобы вернуть стране мир.
28 мая 2010 г., 08:17Владимир Надеин. Фото РИА Новости и KP.ruЕжедневный журнал0
Все главные события минувшей недели – объявление голодовки Михаилом Ходорковским, реакция на нее высших властей, обсуждение Медведевым с правозащитниками ситуации на Северном Кавказе, в ходе которой президенту было прямо указано на преступления, творимые федеральными спецслужбами, – связаны с отношением власти к закону.
Эпоха Юрия Лужкова в московской политике близится к завершению«, — констатирует в докладе «Смена власти в Москве: факторы и сценарии» Агентство политических и экономических коммуникаций (АПЭК) Дмитрия Орлова. Череда скандалов и критические замечания со стороны президента Дмитрия Медведева и премьера Владимира Путина не оставляют сомнений в этом.
12 мая 2010 г., 06:10Вера Холмогорова, Наталья Костенко. Фото А. МахонинВедомости0
В России налицо все атрибуты власти: президент, чиновники, выборы, мундиры, налоги, законы, ордена, парламентская столовая, полосатые палочки, кремлевский гараж, табель о рангах, персональные шоферы и пенсии… Наивный, на первый взгляд, вопрос — зачем все это?
По косвенным признакам бравая попытка возродить сталинизм помалу начала выдыхаться. Уж больно грубо, глупо, внутренне противоречиво их вранье. Сталин принял Россию с сохой? А то. Еще как принял! Без него мы бы так в лаптях и ходили… Пардон, а Ползунов с Кулибиным где первыми в мире паровой двигатель построили?
Этот недолгий, в 54 минуты, разговор с Горбачевым был за день до трагедии в Московском метрополитене. До того, как раздались голоса политиков, использующих смерть людей для пропаганды их тезиса, что свобода вредна безопасности, реформу милиции надо свернуть, а права человека отложить до более спокойных времен.
08 апреля 2010 г., 07:16Дмитрий МуратовНовая газета0
Если критерием стабильности является отсутствие массового протеста, то Россия выглядит спокойнее, чем Франция либо Италия. А потому есть основания предполагать, что российской власти удастся себя воспроизвести в 2011—2012 годах. Тем более что на самосохранение российской системы работает целый ряд факторов.
Пока сторонники российского президента Дмитрия Медведева подталкивают его к тому, чтобы во властвующем тандеме он выдвигался на главную роль, многие политические эксперты все больше сходятся во мнении, что независимо от того, кто станет президентом в 2012 году, путь к президентскому креслу по-прежнему начинается из кабинета премьер-министра Владимира Путина.
После подлинных и мнимых грехов 90-х в 2000-е годы в два приема – сначала ради искоренения медийных олигархов, а потом ради единства рядов в контртеррористической войне – произошло огосударствление "федеральной" телеинформации. Журналистские темы, а с ними вся жизнь, окончательно поделились на проходимые по ТВ и непроходимые по ТВ.
Михалков написал 
Я понимаю существующую властную элиту России – они повзрослели во время, когда изменения были опасными. Если сегодня над головой не капает, они не беспокоятся о том, что скоро закапает. Они считают, что нефтегазовый запас прочности бесконечен, и никаких реальных реформ можно не проводить, а только делать вид для телевизионной картинки.
Однажды Кепку снять задумала Глава И, мыслила, на то имела все права: Носить по двадцать лет все то же нет резону, Порою хочется одеться по сезону. И так трясет, и сяк — ан Кепка приросла До полного родства!
Леонид Радзиховский в двух недавних постах на «Эхе Москвы» предсказал России два наиболее вероятных сценария развития: первый — свободные выборы с гарантированной победой радикальных националистов, второй — победа тех же националистов в результате революции, после долгого стагнационного гниения, начало которого мы наблюдаем уже лет пять, кабы не десять.
Заткнитесь проклятые злопыхатели, делающие пиар и саморекламу на природной катастрофе, которой Родина наша не видела за последнюю тысячу лет наблюдений. По крайней мере, специально уполномоченные историки упоминаний о таком бедствии в летописях не нашли.
Нельзя, конечно, сказать, что вожди, вылезая из кондиционированных помещений, самолетов и лимузинов, вдали и вблизи от пепелищ, публично не скорбят, не утешают, не раздают казённые деньги пострадавшим, не гневаются на нерадивых подчинённых. Однако, имитация роли отцов нации не имеет никакого отношения к компетентности и управленческой эффективности.
Ведомства оставили миллионы сограждан без присмотра. Сайт МЧС не озадачился вывесить карту пожаров с ежедневными прогнозами по их распространению. РЖД не стало обременять себя громкими объявлениями на вокзалах о пожароопасных зонах…
На минувшей неделе в России произошли и другие важные события, каждого из которых в тихих Европах хватило бы на отставку правительства, роспуск парламента, отречение королев и продолжительное буйство застоявшихся СМИ. У нас – тишь. Разве что изредка слышен шлепок. Это самые смелые мухи бьются о стекло суверенной демократии.
Что имел в виду Вольтер, утверждая, что религия существует с тех пор, как первый лицемер встретил первого дурака? Что религия – это вид древней власти, позволяющей одним манипулировать другими. И, понятное дело, автор «Кандида» не был бы столь резок, если бы те, кто манипулирует, не манипулировали бы практически всегда в пользу власть предержащих.
Я считаю, что «дело «Юкоса» стало устойчивым фразеологизмом в русском языке, как «собака на сене». Когда говорим про «собаку на сене», мы всерьез не обсуждаем ни собаку, ни сено. Вот и я буду говорить о «деле «Юкоса», и за исключением, может быть, пары фраз, не говоря ни про «Юкос», ни про дело.
Война – тяжкое испытание для всей нации. Жестокой и неумолимой проверке подвергаются многие государственные конструкции. Не хочется вновь поминать столбовой сортир путинского возмездия, уж больно затрепана великая цитата. Но нельзя не подчеркнуть, что страна так и не получила более внятного объяснения стратегии и тактики, которых намерены придерживаться наши Вооруженные силы и правоохранительные органы для того, чтобы вернуть стране мир.
Все главные события минувшей недели – объявление голодовки Михаилом Ходорковским, реакция на нее высших властей, обсуждение Медведевым с правозащитниками ситуации на Северном Кавказе, в ходе которой президенту было прямо указано на преступления, творимые федеральными спецслужбами, – связаны с отношением власти к закону.
Эпоха Юрия Лужкова в московской политике близится к завершению«, — констатирует в докладе «Смена власти в Москве: факторы и сценарии» Агентство политических и экономических коммуникаций (АПЭК) Дмитрия Орлова. Череда скандалов и критические замечания со стороны президента Дмитрия Медведева и премьера Владимира Путина не оставляют сомнений в этом.
В России налицо все атрибуты власти: президент, чиновники, выборы, мундиры, налоги, законы, ордена, парламентская столовая, полосатые палочки, кремлевский гараж, табель о рангах, персональные шоферы и пенсии… Наивный, на первый взгляд, вопрос — зачем все это?
По косвенным признакам бравая попытка возродить сталинизм помалу начала выдыхаться. Уж больно грубо, глупо, внутренне противоречиво их вранье. Сталин принял Россию с сохой? А то. Еще как принял! Без него мы бы так в лаптях и ходили… Пардон, а Ползунов с Кулибиным где первыми в мире паровой двигатель построили?
Депутат Госдумы, бывший нашист Роберт Шлегель, внес в Госдуму закон, запрещающий СМИ воспроизводить заявления террористов.
Этот недолгий, в 54 минуты, разговор с Горбачевым был за день до трагедии в Московском метрополитене. До того, как раздались голоса политиков, использующих смерть людей для пропаганды их тезиса, что свобода вредна безопасности, реформу милиции надо свернуть, а права человека отложить до более спокойных времен.
